Договор! Том 1

Сон всё равно идёт плохо, меня то и дело потряхивает от нервов и попыток уложить по полочкам всё произошедшее со мной, и поглубже закопать эпизод с ямой и остальные унижения. Места ударов болят, в некоторых позах дышать откровенно тяжело и больно, и это, наверное, означает, что мне сломали пару ребёр. И мне нихера непонятно, смогут ли они зажить без врачебной помощи.

Утром заходит Драга, приносит еду и игнорит, всем видом показывая, что я провинившийся пёс и наказан. Так мне и надо.

Больничный мне не полагается, и Зеледей ведёт меня на работы.

В этот раз я уже и не пытаюсь изображать жалкого задохлика. Морщусь от побоев, но энергично беру лопату и начинаю драть ей землю, где показали. Работаю не очень круто, и надрывно дыша из-за намятых боков, но видно, что я стараюсь и не филоню. Потому что от этого зависит меня моя жизнь, это я усвоил. Зеледей сначала не сводит с меня глаз, то и дело помахивает топориком, но, в конце концов, понимает, что я сломлен и уже не собираюсь доставлять проблемы.

Просто работаю и всё.

Ему становится скучно, он начинает слонятся туда-сюда, тренироваться и скакать вокруг невидимого противника, и даже оставляет меня на час или два.

Пару раз я поглядываю на лесную тропинку и виды моря с высоты. Красиво и свободно там. Но мне лучше просто дожить этот день, пожрать и поспать. Никаких нахер побегов на этой неделе.

После обеда возвращаюсь и застаю суету у псарни. Пара грязных и худющих, едва одетых и заросших мужичков, наполняют кормушки для собак, вываливая из казанов некое варево, состав которого я даже не хочу представлять.

Я вздыхаю тяжело. Похоже, именно так выглядит моё будущее здесь.

Зеледей подходит к собакам, бьёт по прутьям, так чтобы они снова начали лаять, и дёргает засов.

Дверь клетки открывается, а я закрываю глаза. Так и вижу, как шавки срываются с места, валят меня с ног, и начинают рвать, пока я ору дурниной. Интересно, у моих «хозяев» есть план на такой случай порчи имущества? Или просто будут стоять и смотреть?

Я открываю глаза и сглатываю. Шавки не бросились. Отползли вглубь клетки и застыли в оборонительных позах, пригнувшись к земле, вздыбив шерсть и едва слышно рыча.