Договор! Том 1

Я отталкиваюсь от стены, выставляю меч перед собой и несусь в Зеледея, вставшего между мной и выходом. Зеледей даже не пытается выхватить топор. Он делает какое-то неясное движение, и я вдруг лечу куда-то вниз и в сторону, зарываюсь в грязь и тут же получаю пару пинков в лицо. Нос начинает кровоточить, меч выхватывают из моих бесполезных рук. Становится непросто дышать ещё и потому, что меня вдруг начинает колбасить от страха. А что если мне, и правда, сейчас что-то отрубят?

Я пытаюсь отползти к стене, закрываюсь руками, но больше меня никто не бьёт.

— Мы, свободные люди, начинаем держать оружие с того момента, как впервые встаём на ноги. Ты доказал, что ты раб. И рабом ты сдохнешь, — говорит склонившийся надо мной Зеледей. — Покорным и сломленным. Бросайте его в яму!

V

Может, кто-то и тащится по глубоким ямам с железной решеткой сверху, но явно не я.

В какой бы комочек ты не свернулся и сколько бы ни старался двигаться и растирать себя, холодная и влажная земля крадёт самое малое ощущение накопленного тепла.

Я клацаю зубами, читаю загадочные рисунки на стенках ямы от прошлых заключённых, верчусь, паникую немного, стряхиваю насекомых, а потом настаёт ночь.

Спать в таких условиях получается по несколько минут на час. С каждым разом просыпаясь, я чувствую могильный холод от земли, он забирается мне под кожу и мышцы, накапливается в костях и остаётся там неприятным чужеродным грузом. Шевелиться и вставать становится почти что невыносимо, и я понимаю, что есть риск не проснуться.

Утро и дневной свет я приветствую с облегчением, но только до того момента, пока светило снова не принимается к прожарке моей кожи. Земля на стенах ямы начинает парить, и я понимаю, что чертовски… чертовски хочу пить, но воду мне естественно никто не предлагает. Отогревшиеся насекомые пытаются добраться до меня с утроенной силой, и от их компании, жажды и усталости я начинаю потихоньку сходить с ума.

Сколько я так вытяну?

Лучше бы меня просто завалили, раз уж я и в эту тусовку не укладываюсь.

Выживать на районе было куда проще и понятнее, чем тут. Я не чувствую себя в своей тарелке и близко не понимаю, что мне делать и как себя вести. О чём я только думал… Всё становится только хуже…

— Не сдох ещё?

Холодный надменный тон Драги вырывает меня из дрожи и панических мыслей. Я отрицательно трясу головой, но сам ещё довольно долго обдумываю заданный ей вопрос. Она спускает мне меха с кислючим, но жирным молоком, и я всасываю его словно пылесос.