Атрак

Осторожнее, божок, а иначе оглянуться не успеешь, как святой орден придёт в этот мир и сровняет всё тут с землёй.

Дракалеса начинали забавлять люди с чертой характера под название «угрожающие угрожающему», ведь выглядело это очень и очень нелепо, а потому он принялся отвечать на речи высокомерного сатларма с ещё большей воинственностью, однако чувствовалось в словах ваурда скорее насмешка, нежели угроза:

- С нетерпением буду ожидать возвращения вашего после того, как вас выдворят отсюда. Мне открыто, сколь ничтожны вы, а потому с удовольствием подниму мечи свои, чтобы истребить побольше таких, как вы, ничтожеств.

Задора в лице Сеземала поубавилось, и отвечать богу войны он не стал. Однако заговорил Адин:

- Мне не совсем понятная ненависть твоя к ним. Среди книг Астигала мною были найдены сказания о сатлармах. Стало быть, мой прадед с почтением относился к ним.

- Кто именно отыскал книгу на твоей полке: лично твоей рукой она была изъята из числа стоящих там иль один из этих ничтожеств это сделал?

Взор Адина пал на крылошлемого, и понял ваурд, что тем самым повелитель указал на него, а далее заговорил тарелон:

- Теперь же ты понял, что сатлармы подстроили всё так, как будет выгодно им, и в моих словах нет толку.

На переполох явился Асон и стал расспрашивать Золину, что тут происходит. Тем временем Адин отвечал Дракалесу:

- Но ведь они идут с благородием, как с ним идёшь и ты.

- На словах они красноречивы, спору нет, ведь сказания о сатлармах, неких вдохновлённых безымянным божеством людях, весьма красноречивы и гротескны.

В них превозносится герой, с кого они и берут образ, но лишь образ. В душах они испорчены высокомерием и жадностью, похотью и властностью, когда как на самом деле они лишь обычные ничтожества, скрывающие свои скверные деяния за светлой сущностью. Читая и размышляя над выдуманными событиями и героями, они полнятся лживостью и лицемерием. Так что им легче придумать себе мнимое поприще и шествовать по несуществующему пути, нежели заниматься истинными делами.

Не вытерпел Сеземал слов этих и, поднявшись с колен, ведь склонился он над Эльдаралом, стал отвечать:

- Довольно, еретик! Ты уже излил достаточно грязи на наши священные мундиры! Ты заплатишь!..

Не стал ваурд дожидаться окончания высокомерных речей сатларма, но усмирил его быстрым, но лёгким ударом кулака. Рухнув наземь, только тогда этот святоша замолк. Казендал не скрывал своего изумления.