Атрак

Не иначе, как предназначение привело в тот день его ко мне. Он-то и взялся за ковку оружия для Прея. Так родилась она… Лаки́за. Прей дал ей это имя, как только увидел её. В общем, он забрал клинок и двинулся на поиски ключа могущества. Провожали его всем Каанхором. Более пяти лет не было известий от этого коротышки. И вот как-то днём заявился он ко мне. Я не узнал его сначала. Нет, это всё был тот же коротышка Кастилос Прей, да только глазки его не бегали. Виден был в его взоре след героизма, как словно прошёл он через многие битвы и многому обучился.

Он пришёл отдать мне саблю.

- Нашёл? – спросил я его.

- Нашел, – ответил он мне, – Но не то, что искал, а гораздо большее.

И что же это самое «большее» он отыскал, мне так и не открыл. После этого Кастилоса Прея никто не видел. Поговаривают, кому-то привиделся он у чёрного квартала. Но эти слухи быстро замяли. Я никогда не забуду этот взгляд – как будто Кастилос изменился внутри, вырос и обрёл душевное могущество. Что же повидал коротышка, не знает никто.

И лишь его Лакиза видела всё то, что видел он»

***

Золина с изумлением оглядывала своё новое оружие:

- Во истину, клинок с историей. Я буду обращаться с ней очень бережно, как со своим ребёнком.

Мола усмехнулся, а Дракалес сказал:

- Не гоже своё оружие обвеивать столь великой заботой. Не друг оно тебе, не сестра, не хозяин. Но ты властвуешь над ним. Не стоит презрительно относиться к Лакизе, но и возвеличивать её также не нужно.

Вняла Золина тому, что сказал ваурд, и более не стала превозносить саблю.

Дракалес отыскал множество тем, которые можно было обсудить с Молой. Этот человек, как показалось ваурду, был весьма необычен, как словно не пять десятилетий отжил он в мире, но в десятки или сотни раз сверх того. В словах его таилась великая мудрость, не присущая ни человеку и ни какому-либо иному существу, которое будет древнее всех не свете. Удивляли Дракалеса творения рук этого кузнеца. Были это исключительно пластины защитные.

И удостаивали они своим качеством похвалы своего создателя. Хоть ваурд не носил щиты, ведь нет такого врага, кто мог бы пробить броню Атрака, но Дракалес не скупился на слова, чтобы выразить своё почтение к этому человеку. Мола же сослался на то, что это ремесло у них семейное и передавалось от отца к сыну, постоянно совершенствуясь и приобретая величие. Ваурд этому не верил, но ничего говорить не брался.

Вскоре явились Асаид и Вихрь.