Я умер и переродился шаманом-травокуром

Мне наверняка померещилось... И вообще, это такая нелепица — какие-то там плетения! Они у всех похожи, на кого не посмотри!»

Постаивающий позади громила пнул стул, на котором я сидел. Это наконец отвлекло меня от бессмысленного созерцания пола, и я поднял взор к дознавателю.

— К тебе обращаюсь, нехристь. — заговорил капитан, играя желваками. — С какой целью ты пытался поджечь дом Разумовского?

Травы поблизости не росло, поэтому мне пришлось прибегнуть к правде:

— Это был не я, мой суровый друг. Всему виной графиня Ав.

— Молчи! — капитан подорвался с места и закрыл мне рот своей огромной лапой. — Ты свободен, можешь катиться на все четыре стороны. Братья, снимите с него наручники...

Я с непониманием взглянул на побелевшего как мел инквизитора. Ещё ночью этот паскудник самолично вынудил меня прокатиться с ним до крепости (так я упорно именовал свою очередное поражение), а уже утром он собрался по-быстренькому распрощаться со мной, даже не сломав врагу, то бишь мне, какой-нибудь палец ради приличия.

«Авдеева-Авдеева, что же, это тот самый герой, от которого ты ждёшь реёбнка? Весьма жалок. И плетения у вас ничуть не похожи... Стоп, так ведь на самом-то деле так и должно быть! То, что у людей одинаковые плетения, не гарантирует, что они идеальная пара, никак не гарантирует, да-с!»

Я любезно попрощался с дуболом, составителем протокола и самим виновником торжества и вышел из кабинета. В моей голове царил полный бардак...

***

Как только за травокуром закрылась дверь, юный инквизитор бросил перо и обратился к начальнику:

— Капитан, почему мы отпустили этого негодяя? У бедного графа Разумовского сгорело полсада.

Мужчина указал подчинённым на дверь и молча повалился на диван, конфискованный у одного любителя запрещённой магии. Там инквизитор последнее время любил спать.

Юноше скромный ответ не понравился, поэтому он твёрдо вознамерился узнать у непосредственного начальства правду.

— Но, капитан...

— Пошёл вон! — инквизитор поднял бутылку с пола и разбил её об стену.

Юноша уже собрался пригрозить алкоголику рапортом, как вдруг его схватил и силой выволок в коридор наученный горьком опытом коллега — тот самый громила, охранявший травокура. Вместе они спустилась в столовскую, и только там упорствующий гигант уже пояснил:

— Ты что это, ничего не слышал? Маргарита Авдеева вчера у Разумовского шороху навела, и травокур тут совершенно ни при чём: на него напали, только и всего.