Я умер и переродился шаманом-травокуром

В последний момент, уже у забора, девушка почувствовала боль в животе и остановилась посреди дороги.

«Ну же, не подводи меня, карапуз. Обещаю, после этого дела — никаких физических нагрузок!» — это помогло, и дама без боли перемахнула через преграду, отделявшую улицу от таинственного особняка. Лишь лёгкие покалывания, отдающие в голову, напоминали Авдеевой о том, что будущем члену общества очень не нравилась идея проникновения матери на чужую территорию...

Глава 19

В доме моего «злейшего друга» было тихо, как в склепе: паутина запряталась по углам огромного дома, на волнительном мраморе не отображался ночной хитрый свет, а на покрашенных бежевой краской стенах плясали чудовищных блики наших карикатурных вороватых тел.

Я не верил в предзнаменования. Символы всегда казались мне дешёвым трюком человеческого мозга, привыкшего во всём искать хоть какую-то закономерность. Но в тот момент, отчего-то, я во всём искал повод не идти на второй этаж и остаться на первом. И почему-то, именно до утра. Как будто меня пугала перспектива столкнуться с Разумовским в сумерках.

Чёрный Богдан и Микола разведали территорию и сообщили, что на первом этаже почему-то никого нет. Это меня изрядно насторожило.

— Как это никого? А слуги? Охрана? Любовницы?

— Любовницы-охранники...

Я посмотрел на Фикуса с осуждением.

— Что? — малыш изобразил удивление. — Такое часто бывает. Или ты хотел бы услышать «любовники-охранники»?

— У всех первоуровневых демонов такой плоский юмор?

— Нет, только у меня! — гордо сознался обжора, по-видимому, не до конца понимая переносное значение слова «плоский».

Я с неудовольствием причмокнул и двинулся проверять дом самостоятельно, предварительно наказав разбойникам присмотреться к обстановке и, в случае чего, незамедлительно доложить о чём-то подозрительном. Но Чёрный Богдан и Микола оказались правы — в доме никого не было. Даже на кухне, а уж там, по обычаю, всегда обретались охочие до жратвы бедняки и их не менее прожорливые родственники.

Вернувшись ни с чем, я спросил помощников о всякой подозрительности вокруг, но и тут меня ждало жестокое разочарование — слепцы без всякого воображения не усмотрели в коварных тенях и толики той опасности, что незаметно проникла в светло-чёрный покров ночных улиц.

Смирившись со странными благоприятными обстоятельствами (без особого труда), мы двинулись на второй этаж. Ещё на лестнице я ощутил странное покалывание в висках. Такое часто возникает у тех, кто не умеет колдовать.

— Эй, у вас ничего не...