Шаг в мир

Хотя, казалось бы, кто будет не рад вниманию группы симпатичных девушек? Но мало того что мои отношения с ними были далеки от хороших, так еще и начало сказываться нервное напряжение, которое накопилось за богатый на события день.

В итоге, не обращая внимания на удивленные взгляды, которые по мере моего приближения сменялись на раздраженные, я подошел к старейшине.

— Приветствую, старейшина Жу. Старший из внутренней секты сказал мне заплатить штраф за выход с территории сада, — стараясь вести себя словно я не в курсе последних событий, сказал я.

— Ах да, он упоминал об этом, — создавалось впечатление, что она о чем-то глубоко задумалась и отвечает по инерции.

Но уже спустя пару секунд пришла в себя и спросила:

— Так ты не знаешь, что произошло?

— Сгорела библиотека? — с сомнением спросил я, протягивая ей значок.

— К сожалению, этим все не ограничилось. На внешнюю секту было совершено нападение с помощью массива, — грустно произнесла она, — Выживших нет.

— Нападение? Массив? — дрожащей рукой принимая обратно значок, я старался разыграть шок и страх, — Неужели все мертвы?

— Увы, выживших пока что не нашли, — и со злобой добавила, — Вероятно, к этому приложили руку проклятые практики демонизма.

Все глубже входя в роль, я дрожащим голосом произнес:

— Но как же так, там ведь было столько людей. Неужели даже старший библиотекарь не выжил?

Молча покачав головой и взяв под контроль свою вспышку злобы, она сказала:

— Мы не оставим их действия без ответа.

А сейчас, ты можешь поесть и отдохнуть. Вы какое-то время поживете в саду. Я отведу вас вечером.

Все еще будучи глубоко шокированным произошедшим и словно не желая принимать такое положение вещей, я молча кивнул и побрел на свободное место. На мое неуважительное отношение старейшина не обратила внимания. А окружающие ученицы, видя мое подавленное состояние, словно удовлетворенные тем, что я реагирую как они, потеряли ко мне всякий интерес.

Так все и сидели в гнетущей тишине.

А я, не желая, быть белой вороной, так и не пошел есть, хотя не отказался бы перекусить. Но мало ли какую реакцию я вызову, если единственный буду довольно уплетать еду, пока остальные скорбят. Вот и приходилось сидеть, да тупо пялиться по сторонам.

Наконец-то эта гнетущая тишина была разбита голосом старейшины:

— Вам всем необходимо поесть. Несмотря на вашу печаль, вы все еще живы и должны постараться оставаться такими, а для этого потребуются силы.