Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

— Это же не интересно. А как же последний бой, великая битва? Бобер в синем углу ринга, осел в красном. Разве не за этим мы здесь собрались?

Ну да, вроде как за этим. Медея мысленно провела ревизию сил бобра в целом и себя, как основной боевой единицы, в частности. И пришла к выводу, что перед последним боем, вкупе с великой битвой неплохо бы поесть. И вздремнуть часика два минимум. Вот только кто ей даст?

— Хотя, если судить по драгоценной Медее, — продолжал Аристарх. — Вы сами толком не знаете, зачем.

Вот кем-кем, а «дорогой» себя госпожа Цуцикова не ощущала. А хотелось. Последние лет двадцать Медея и Аристарх виделись раз пять в год максимум, по работе. И всякий раз ведьма прилагала множество усилий, чтобы выглядеть на миллион. Но то ли инфляция нынче мощная, то ли еще что, но результатом она не была довольна никогда. Возможно, дело тут в том, что прав сейчас козлина, она сама не знала, какого именно результата хотела достичь.

Но что интересно, сейчас-то Медея явно не при параде и это еще мягко сказано, но чувствует она себя куда уверенней. Возможно, дело тут в самом Аристархе, в кои-то веки вышедшем из образа кино-звезды прямиком от стилистов-визажистов, а представшем перед публикой самим собой: чуть потасканным мужиком за сорок.

— А ты, дорогой, всех своих жертв величаешь по имени отчеству? — поинтересовалась ведьма.

— Нет, — отозвался Аристарх. — Но должен же я знать, какие имена выбивать на надгробье.

— Если что, я прекрасно обойдусь без… представления, — влез Панфутий. — И ради меня сильно напрягаться не надо. Можно, в принципе, вообще не напрягаться.

— ради меня тем более, — заорал Витек. И тут же добавил громким, свистящим шепотом:

— Псс… Медя… Медя…

— Я смотрю, Медея, — с ленцой протянул Аристарх. — Компанию ты подобрала себе под стать.

— Аристарх, дорогой, я всегда восхищалась твоим умением изящно назвать меня хабалкой, — с искусственной восторженностью воскликнула Медея, а сама скосила глаза вниз, в поисках Витька.

Тот слез с куклы, подбежал прямо ей под ноги и теперь просился на ручки. Пришлось подбирать.

— Чего хотел? — прошипела она.

— Это… тут такое дело… — замялся мыш.

— Какое? Говори, не мямли.

— Нам надо, кровь из носа, пройти мимо этого типа.