Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

— Прояви, в общем, фантазию, ты же умеешь!

Молния. Молния. Молния. Зацепило тебя, значит, стерва?! Вот и отлично, аж сил прибавилось!

Скакать под обстрелом по ревущей содрогающейся земле — то еще удовольствие, но злость — нет, ярость! —здорово придавала сил. Прямо-таки открывала второе дыхание.

С Глафирой явно происходило то же самое. Потрясающее умение: нагадить, огрести, быстренько переквалифицироваться в несчастненькую жертву и начинать гадить по новой, черпая силы и вдохновение в своей же «несчастности».

И ведь работает! Вон как молнии прописывает, Анка-пулёметчица! Суперартефакт — это, конечно, здорово, но тут явственно виден глубокий личный вклад.

Глашка всегда была такой. Наделает, а потом искренне обижается на ответочку. Или, что куда более соответствует нынешней ситуации, наделает, а когда вышло не по плану, обвиняет в этом окружающих.

— Глаш, я все понимаю. Тебе было бы значительно проще, если бы я решила все твои проблемы махом, испарившись по доброте душевной…

Нет уж, обойдешься, сволочь! Это у Медеи жизнь тогда перевернулась с ног на голову! Это она, Медея, должна ненавидеть, мелко гадить и по-крупному строить козни!.

.

А ведь прошло уже двадцать лет. Двадцать чертовых лет, все давно отболело, отмерло и, нет, не забылось, но было отправлено на дальние антресоли памяти за общей ненадобностью.

И почему тогда до боли хочется схватить Глашку за уложенные волосенки, макнуть головой в песок и держать так до победного конца?!

— …но окружающие редко соответствуют нашим ожиданиям.

Впрочем, ты всегда можешь подать мне хороший пример и испариться сама.

Пример подавать, Глафира, конечно, не стала, зато молнией шмальнула от всей широты мерзкой душонки: ветвящейся молнией, так что отскакивать пришлось аж от трех разрядов.

В общем, все получилось как нельзя лучше. Медея ведь за прыжками и выкриками времени зря не теряла, а восстанавливала связь с воздухом. И теперь накинула на отвлекшуюся на другую стихию соперницу воздушный аркан.

Вернее, попыталась накинуть, та подачу перехватила в полете, трансформировала в смерч и отправила назад.

Медея не растерялась: смерч усилила и перенаправила адресанту. Глафира ответила тем же. Медея разбила смерч на два. Глафира усилила оба. Медея превратила один из смерчей в направленный поток, назад ей вернулось целых три.

Это продолжалось долго. Наверное. Или всего-то несколько минут. Адское напряжение что-то делало со временем: каждая секунда столетием давила на плечи.