Дэн. Папин бродяга, мамин симпатяга

Рухнула и сразу же рванула ко мне. И опять повторилась история с жуками, застрявшими на её лапках.

Ещё раз яростно зашипев в мою сторону, она снова начала вытягиваться вверх, стряхивая незадачливых жуков.

Вот она касается потолка лишь усиками, вот уже первая пара передних лапок вцепляется в камень, вторая, третья… На полу остается лишь хвост, а сама она все увереннее начинает двигаться в моём направлении.

Кинув в нее на автомате ещё штук двадцать огненных ловушек, убедился в бессмысленности данного занятия.

Хитин у неё был настолько прочный, что просто не загорался.

Я уже начал потихоньку паниковать, когда вспомнил о том, что у меня же есть и другие ловушки, которыми я практически не пользовался в последнее время, привыкнув обходиться огнём.

На пути у ползущей по потолку сколопендры начали появляться замедляющие движение и каменные ловушки.

Этот оживший ночной кошмар тут же лишился нескольких лапок, да и в целом сбавил свою прыть после того, как чуть было не сорвался, потеряв пятую по счету конечность.

Однако несмотря на мои старания, она стремительно приближалась ко мне.

Гоблам, тем временем, тоже неслабо так доставалось.

Кучка трупов возле стены безостановочно росла, облегчая дорогу идущих следом. Вдобавок подтянулись плеватели и начали планомерно прореживать ряды защитников.

Всё больше раненых откатывались назад, где без перерыва трудились мои приятели-шаманы. Но, судя по все уменьшающемуся количеству обороняющихся, они просто не справлялись с объемами.

Я же постепенно отступал к укреплению, не переставая «минировать» потолок.

Движущаяся по потолку тварь смущала не только меня, так как гоблы предприняли несколько попыток сбить её оттуда. Однако бросаемые им камни просто не долетали.

Очередная беда пришла оттуда, откуда не ждали. Точнее, ждали, но забыли в пылу сражения.

Один из «крабов» со своим желеобразным всадником довольно близко подошли к стене. Без долгих раздумий, он тут же нанес по защитникам звуковой удар.

Ближайшие к нему гоблы рухнули на пол, и в них тут же впились отростки жуков.

Пятерых, самых невезучих, стащили со стены и тут же разорвали на части. Еще шестерым повезло больше. От незавидной участи, постигшей их соплеменников, «счастливчиков» спас Мутак.

Шаман, не обращая внимания на оглушающий визг, перерубил все отростки, тянувшие гоблов вниз.

Выскочивший у него из-за спины Гаралун морщился, слегка пошатывался, но держался. Он хватал освобожденных от присосок воинов и оттаскивал их подальше от края.