Всемирная история в анекдотах

Далась им эта Греция! Но дело даже не в этом, а в том, что Корфу – остров, а как можно построить остров на материке? Ведь остров должен быть со всех сторон окружен водой, а откуда взять столько воды? И как это практически сделать?

Женская логика. Между прочим, логика у женщин – главный приоритет. Нет женской физики, нет женской математики, есть только женская логика, и она заключается в том, чтобы построить на материке остров Корфу.

Тем не менее общими усилиями Карфаген был разрушен до основанья, а затем на его развалинах одни стали строить город Коринф, а другие, естественно, остров Корфу.

Но развалины были старые, и ничего нового из этого старого построить не удавалось. Каждый камешек, каждый кирпичик хранил память о старом городе Карфагене, и когда они начинали между собой складываться, у них получался старый город Карфаген.

Однако в пылу великой стройки никто этого не замечал. Каждый строитель-раб уже видел себя рабовладельцем, а женщины радовались: скоро их поведут продавать, и тогда они покажут этим мужчинам, чего стоит женщина!

Наука ненависти

Римские императоры не боялись ненависти своего народа.

– Пусть ненавидят, лишь бы повиновались, – говорил император Тиберий.

– Пусть ненавидят, лишь бы боялись, – вторил ему император Калигула.

Но на всякий случай оба держали наготове флот, чтобы в случае чего сбежать от взрыва народной ненависти.

А вот к небесному гневу они относились по-разному. Заслышав раскаты грома, Калигула обматывал голову полотенцем и залезал под кровать, а Тиберий надевал на голову лавровый венок, чтобы небо видело, с кем оно имеет дело.

Ювеналов бич

Пока жив был император Домициан, сатирик Ювенал не написал о нем ни одного сатирического произведения. Зато после смерти Домициана уже не мог сдержаться и так его расписал, что стал великим сатириком.

Ему даже Пушкин завидовал, прося у музы пламенной сатиры вручить ему Ювеналов бич.

А не умер бы император Домициан? Где был бы Ювенал со своим бичом, на каких задворках исторической памяти?

Но Домициан не мог не умереть: об этом позаботилась его жена Домиция, большая любительница сатирической литературы.

Муки древности

На исходе старой эры стало холодать. Ну такая атмосфера – хуже не видать.