Граф Воронцов. Книга I

сколько светит по этой статье?

— Пятнадцать лет, — улыбнулся старик.

— Вот... — протянул я, — А еще, несмотря на авторитет дяди, это будет нехилым пятном на его репутации. Как ты думаешь, — она задрожала, — долго ты проживешь в тюрьме? А если и выживешь, долго протянешь на свободе? Боюсь, что на тот момент он станет твоим бывшим мужем, и ты не протянешь долго на воле. Но, боюсь, все закончиться именно в тюрьме.

Мне даже не нужно было рассказывать ей, что с ней сделают на нарах. Она разревелась и упала на колени.

— Прошу... не надо...

В моей голове появилась идея.

— Запомни вот что, Алла, — я встал из-за стола и подошел к ревущей женщине, — Отныне ты работаешь на меня.

— Да ни за...

Она покосилась на меня и поняла, что спорить бессмысленно.

— От тебя ничего сверхъестественного не требуется, — проговорил вполне дружелюбно, — Отныне ты докладываешь мне о всех делах дяди Вани. И, — она попыталась было возмутиться, но я взглядом заставил ее замолчать, — в первую очередь, докладывать все, что будет касаться моей безопасности.

— Ты об этом еще пожалеешь... — прошипела она.

— Обязательно, но, — я улыбнулся, — не сейчас. Вытирай сопли и вали отсюда. Я найду способ с тобой связаться, и, — она было вскочила, но мое «и» заставило ее замереть в дверях, — только попробуй мне навредить. Здесь четыре свидетеля, а сегодня будут еще шесть.

Я откровенно врал. Но должный эффект все же был.

— Хоть кто-то из нас умрет, и о тебе узнают. Поверь мне.

— Ты слишком изменился, Дима.

Ну, в этом она была права.

***

Дед всячески меня расхваливал. Не сказать, что я был самолюбивым человеком, но это было чертовски приятно. Хотя ложка дегтя все же была.

Я не верил, что Алла так просто это проглотит и будет работать на меня. Вполне можно ожидать, что она захочет разом устранить нас всех, несмотря на мое вранье про других людей. Такие статные женщины на эмоциях - очень опасны. Но, пока можно выдохнуть.

Мужики, кстати, оказались не такими уж и мудаками.

Он тоже отметил мои внутренние изменения. Я же отшутился, что во всем виновато совершеннолетие. Однако мне, конечно же, не поверили.

Краем уха услышал то, что мне никак не понравилось.

— ...я же говорил, слезет с порошка и станет нормальным мальчуганом, как его батя!

«Так мне еще и тело нужно почистить от этой дряни?» — я мысленно расстроился.