Граф Воронцов. Книга I

Любую информацию дели на два и обдумывай каждую часть. Любого «нового» человека тщательно проверяй, если не хочешь погибнуть от рук другой группировки.

Собственно говоря, гибнуть я не собирался, и на этом информативный разговор закончился. Постучала Виктория — домработница.

Она что-то прошептала на ухо Евгению Михайловичу, и тот, нахмурив брови, встал из-за стола. Меня же оставили совершенно одного в пустом кабинете.

Спустя пару десятков минут, когда мне надоело разглядывать бесчисленное количество книг, за мной зашла Елена.

Блондинка, казалось, словно снизошла до моей персоны. Ибо с убийственным выражением лица сказать: «За мной!» — это еще надо уметь.

Она не отвечала на вопросы, не разговаривала и, кажется, считала меня полным дерьмом.

Выйдя на улицу, обнаружил самую настоящую карету, запряжённую лошадьми. А вот у самой кареты стояли два сотрудника полиции, мой старик и какая-то статная женщина.

Ни тебе — привет, ни тебе — добрый вечер, мне просто указали направление. И захлопнули за мной дверцу.

В полумраке кареты я лишь видел два тлеющих уголька от солдатиков смерти, запах которых заполонил все скромное помещение.

— Воронцов, мне кажется, вы не поняли меня в прошлый раз? — вдруг зазвучал женский голос в темноте. — Никаких посторонних связей, никаких гостей. Сидишь тише воды — ниже травы до моего распоряжения.

Такая манера общения пришлась мне не по душе. Но мне даже слово вставить не дали — неприятный осадочек в виде кулака под дых, чуть поубавил мое желание говорить.

— Тебе слово не давали, шавка, — продолжила она. — Анна, откуда она появилась?

Это было разрешение начать говорить? Я промолчал от греха подальше. Все-таки тело этого юнца было слишком слабеньким, чтобы тягаться с кем-либо.

И да, переулок — не в счет.

Однако, в темноте мне надавили на ногу, и пришлось отвечать.

— Понятия не имею, кто она такая. И с какого перепугу стреляла в меня — тоже.

По карете эхом разнесся смех. И не только женщины.

Второй обладатель тлеющего уголька, который не принимал раннее участие в разговоре, кашлянул и заговорил:

— Дим, хоть я и пообещал твоему отцу помогать тебе, но ты.

«Ага. Значит... это один из братьев моего покойного папашки? Что-то мне помнится, они меня не особо переносят».