Архей. Караванщики Анвила

В древности божество почиталось и в Ашахитском Султанате, но ныне полностью вытеснено культом Шеннаитха. В Таморе все еще почитается легионерами и легатами из-за древних воинских традиций Империи. В Эриндане заменен культом Эсмей, которой, во многом благодаря ордену Рыцарей Меча, также приписывается покровительство войне.

Основная паства Ахаруса сосредоточена в Нордваре, где жизнь людей тесно переплетена с мореходством и вооруженными стычками. По поверию, именно Ахарус решал исход сражения. Потому жители севера часто приносили в жертву Повелителю пучины скот и пленных орков.

Символом Владыки Брани считался воинский шлем (в таморской вариации с фиолетовым плюмажем, в нордварской – шлем имел два острых рога), также часто использовалось изображение триремы в Таморе, и ладьи в Нордваре. Исполнение внешности самого Ахаруса в регионах также разнится. Чаще всего это крепкий мужчина, изображенный в воинственной позе, обязательно наличие бороды и шрама, проходящего через все лицо по левому глазу.

А вот вооружение и доспехи отличаются в зависимости от культуры последователей. Нередко нордварцы изображают Повелителя пучины в виде белого или бурого медведя. Доброе знамение – увидеть его перед началом похода или сражения. Ввиду этого, медведи для северян считались священными животными.

– Так это что, некрополь с урнами праха погибших воинов? – Калдор подошел ко входу, остановившись за спиной Эразма и Эфита.

– Нет, – волшебник покрутил головой. – Это ныне в Таморе сжигают тела перед захоронением.

В древности погребение не предусматривало сожжение. Но, по мере роста городов и населения, пришлось искать более практичный метод.

– Это хорошо, – дрессировщик улыбнулся. – Если там лежат тела, то скорее всего с ними и ценные вещички.

– Следы трех верблюдов… – Ослябя шаркал по округе, рассматривая песок – Может уже кто-то побывал тут. Да и вообще, не нравится мне эта затея. Нехорошо это – мертвых грабить.

– А я бы посмотрела, что там внутри, – заинтересовалась Шахриет.

– Что значит посмотрела бы? – Калдор недоумевающе смотрел на остальных. – Мы ж не для этого шли весь день по изнуряющей жаре. Да и палаток с одеялами никто не захватил. Скоро холод начнет пробиваться под одежду, а там точно теплее. Расположимся на ночлег, а заодно осмотримся.

– Нехорошо это…в могильнике спать… – обреченно пробурчал Ослябя, наблюдая за тем, как союзники заходили внутрь.

Темный длинный коридор слабо освещал тусклый свет факелов.