Пустошь. Нулевой круг

— ...приветствуют! — слитно ухнула толпа, и все мы склонились, прижимая ладони к бёдрам.

— ...уважаемого Проверяющего! — закончил Кардо, не разгибаясь.

— Хорошо. — Воин снова, как и в разговоре со мной, коротко повёл рукой снизу вверх, разрешая выпрямиться, и спросил, не поворачивая головы: — Орикол, ты снова не удостоишь меня хотя бы кивком?

— Здоров, Тортус, — ровно отозвался наш пьяница, сегодня на удивление трезвый. И даже выбритый, что случалось всего раза три за всё время, что минуло с того дня, когда я купил у него наставление.

Говорили эти двое, ничуть не понижая голоса, будто остальных здесь и вовсе не было. И от презрительного тона, которым наш Орикол общался с всемогущим Проверяющим, даже у меня сводило холодом живот, что уж говорить об остальных жителях. Но его собеседник был спокоен и расслаблен.

— Пусть так, — кивнул он. — Начнём с главного вопроса. Есть ли в этом году претенденты?

— Нет, ни единого. — Орикол бросил короткий взгляд на Воина и снова принялся бесцельно блуждать глазами по стоявшим напротив людям.

— Уважаемый Проверяющий, прошу к столу, основное угощение подоспело. — Кардо повёл рукой в сторону деревянного стола, застеленного светлым полотном и уже заставленного едой в посуде из зелёной обливной глины. Кардо постарался и накрыл стол так богато, как только мог. Одна посуда, которую мама никогда не решалась купить даже в былые времена из-за её дороговизны, говорит сама за себя.

— Нет, глава, подожди. Я каждый год неделями скачу по вашим пустошам, то сплёвывая пыль, то промокая под дождём.

— Тортус, оно тебе нужно? — вновь бросил взгляд на собеседника наш пьяница.

— Моё терпение на исходе, заслуги прошлого не бесконечны. — Воин даже не повернулся, продолжая смотреть поверх наших голов на алое небо.

— Виргл, Порто, Шиго, Ларг — экзаменационные гири на площадку! — скомандовал Орикол. — К первой скамье — тройку и дальше по порядку. Передо мной должна оказаться девятка. Бегом!

— Список ранжирования. — Воин вытянул в сторону Орикола руку.

— Отсутствует, — процедил тот.

— Ты здесь, в этом захолустье, уже почти четыре года. Хорошо хоть кого-то из учеников знаешь по именам. — Воин помолчал.