Огненный адепт

Эк Тео заинтересовался – даже завтрак готов пропустить! Они направились в свою комнату, а по пути Дилль принялся рассказывать другу о том, что произошло сначала в сборнике, а потом в тоннеле городской канализации.

– … я оказался в каком-то имении, перебрался через забор и бегом сюда, – закончил свой рассказ Дилль, переодевшийся в запасную мантию. – Проклятье, у нас мыши водятся что ли? Дыр, по-моему, больше стало! Буду теперь задом светить.

Запасная мантия насчитывала штук десять дыр от молний мастера Китана и огненных шаров мастера Оквальда.

– Да ладно, кому твоя задница интересна? – отмахнулся Тео. – Ну-ка, расскажи ещё раз про этих муаров.

– Всё, что знал, уже рассказал, – проворчал Дилль. – Они круглые, грязь к ним не липнет, руки… то есть, щупальца прямо из тела выращивают. Один из них сказал, что их создал какой-то мастер-маг для охраны подземелья.

– Что за маг?

– Откуда я знаю? Не спросил.

– Как так можно? – Тео вскочил с кровати. – Я ж теперь от любопытства изведусь! Тебе представился шанс приоткрыть завесу…

– Мне представился шанс сломать себе шею, рухнув с высоты, – возмутился Дилль. – Потом мне представился шанс помереть от лап муаров, которые уничтожают магию и тех, кто её производит. И когда оказалось, что вместо казни меня сняли с эшафота, имя этого мага меня интересовало в последнюю очередь.

– Ничего страшного, ты потом вернёшься туда и расспросишь муаров, – невозмутимо сказал Тео.

– Я? Да никогда в жизни! – воскликнул Дилль и тут же осознал – да, вернётся. – Хотя ты прав. Вернусь и узнаю, кто был этот маг и для чего он создал муаров. Но вопрос не в них, а в том, как мне быть с Ильмингом. Он ведь опять устроит какую-нибудь подлость, а я ему даже ответить не смогу. Во-первых, на мне блок, а во-вторых, попросту не знаю, как.

– По уму надо бы рассказать обо всём гроссмейстеру – пусть он сам разбирается с ним, – рассудительно сказал Тео.

– И что я ему скажу? Я ведь не видел, что это был именно Ильминг.

Друзья некоторое время молчали, затем Теовульф развёл руками, признавая, что у него нет дельных мыслей.

– Сдаюсь. Разве что ты можешь попросить смотрителя больше не отправлять тебя в сборник.