Академия последнего шанса

Кричащие и болевшие кто за кого студенты враз притихли. Нос Дмитрия Олеговича свернулся вбок, но ни капельки крови при этом не вылилось. У этого монстра что, и в носу одни мускулы?

Но, похоже, учителя я реально достал. Он взревел и его меч покрылся потоками коричневой энергии стихии земли. Атака его была быстра и сильна, словно он перешёл на новый уровень. Я сумел отбить один удар, и руки сразу онемели, а правая окончательно отсохла. Лезвие меча треснуло и примерно треть отвалилась. Так он меня и прибить может ненароком.

Сжимая остатки меча из последних сил, я побежал от учителя в сторону оружейных стоек, перемещаясь прыжками по проваливающейся подо мной земле. Ноги заплетались и еле слушались. Я обратился к источнику, напитал клинок энергией, прыгнул так высоко, как только смог, и, развернувшись в полëте, метнул меч. Как раз в этот момент здоровенный камень влетел мне в лицо и всë погрузилось во тьму.

Глава 10

Западная Императорская Академия для особ и кандидатов с сильной кровью

Лазарет

Отделение для преподавателей

Иван Светозарович Соловьёв, директор Академии, стоял и уже несколько минут молча разглядывал лежащего на больничной кушетке учителя по фехтованию и сидящего рядом главу службы безопасности.

Подобных эксцессов он в своей практике не помнил. А ведь он работал, как он раньше считал, с самыми сложными учениками, детьми из высших дворянских Родов. Впрочем, сейчас в сложившейся ситуации были виноваты не только, и не столько, ученики, чем вот эти два, с позволения сказать, профессионала.

— Может вы хотя бы сядете? — предложил улыбающийся Дмитрий Олегович, указывая на пустующий стул рядом с безопасником. — А то как-то некомфортно.

— И что это было? — холодно спросил директор.

— Что именно? — решил сыграть в дурачка мастер фехтования и удивлëнно приподнял брови.

Директор, напротив, нахмурился, и за спиной его появились огненные крылья. С перьев сорвалось несколько искр и упало на паркет. Запахло палью.

— А я давно говорил, что плитка — лучшее покрытие для пола, — заметил Горький и отодвинулся вместе со стулом от рассерженного директора.

— И не только для медицинского блока, но и для всей Академии. А то сгорим так к чертям собачьим.

— Во-ло-дя! — Иван Светозарович перевëл взгляд на безопасника. — Ты мне зубы не заговаривай! Рассказывай, как всë было. Этот дурак только мечом махать умеет, да улыбаться. Говори, твоя идея?

— Моя, господин директор, моя, — признался и по-мальчишечьи потупился безопасник.