Академия последнего шанса

С диким грохотом в ствол яблони влетел большой розовый лис с несколькими хвостами. В сквер вошëл Иван Светозарович Соловьёв. Директор выглядел безупречно, без единой царапины или пятнышка, а над его головой парила Жар-птица. От взмахов её крыльев на меня повеяло жарким воздухом и всë внутри сжалось. Кажется, я теперь до конца дней буду бояться пламени.

Иван Светозарович посмотрел на нас с Васей и рукой указал, чтобы мы оставались на месте.

— И что китайские лисы оборотни, ху-цзин, забыли в моей Академии? Жить расхотелось? — вокруг расставленных рук директора стали формироваться плетения.

— Отвечай, сколько вас здесь и, может быть, я сохраню твою жалкую жизнь. Или готовься к смерти.

Лис по-человечески встал на задние лапы, опираясь о ствол яблони, клацнул пару раз зубами и выдал то ли смешок, то ли мявк.

— А силëнок хватит? — оскалился лис. — Я не боюсь тебя, фэнхуан.

— Слишком самонадеянно для того, кто ни разу не смог меня достать.

— Какое чудесное дерево растëт у вас во дворе, — оскалился лис.

Директор взмахнул руками, плетения сорвались и полетели в лиса, в воздухе перемешиваясь и разгораясь плотным ярким пламенем.

Даже одним невооружённым полувидящим глазом я увидел, что эта сложная многосоставная конструкция смертельна практически для любого Одарëнного. Ну, разве что Инфинум мог бы справиться с этой атакой. Но лис продолжал усмехаться.

Громыхнуло, с небес сорвалась сокрушительной силы молния, ударила в яблоню, прошла через лиса и с его свободной руки сорвалась в сторону директора.

Молния пробила огненные плетения, мгновенно разрушив их до блестящей пыли, и ударила в не успевшего уклониться Ивана Светозаровича. У директора не было ни единого шанса.

— Иван Светозарович! — испуганно вскрикнула рядом со мной Вася и прикрыла рот руками.

Вся его фигура впитала молнию в себя и замерла, став серой статуей, а жар-птица исчезла потоками оранжевого ветра.

— Глупый, глупый, фэнхуан, — лис отошëл от обугленного расколовшегося пополам дерева и подошëл к директору, рассматривая его остановившееся лицо.

— Спасибо, с тобой было весело.

Розовый лис махнул хвостами, и фигура директора разлетелась облаком пепла. Оборотень посмотрел на нас трупы китайцев, перевëл взгляд на нас с Васей и облизал длинным языком острые зубы.

— Хоррррошие детки, — с рычанием произнëс он. — Не бойтесь, поиграем в следующий раз.

Только он это сказал, как рядом с ним возник ещё один китаец — подросток в школьной форме с полностью белыми глазами, без зрачка и радужки.