Академия последнего шанса

*****

Вечером все мы, кроме Ольги и Матвея, невесëлой компанией сидели у тлеющего костра. Вася сидела слева от меня, а Чара справа, обе старательно игнорировали друг друга.

— Ну и задал сегодня жару Горький, — заныл Тарковский, попивая какую-то бурду из большой деревянной кружки.

— Это не он, — возразила Вася. — Соревнования нам устроил Император, а насчëт тренировок наверняка распорядился директор.

— Как всегда виновато начальство, — подвëл итог Сеня. — Но мне без разницы кто виноват. Я — лирический герой. Драки — это не моë.

— А что твоë, пить? — подшутил я над другом.

— Нуууу, — Тарковский всерьёз задумался и сделал ещё один глоток из кружки. — В этом я действительно хорош, не поспоришь.

— Интересно, а какая Академия окажется сильнее? — обратился как бы ко всем и ни к кому конкретно Шура. — И что будет с проигравшей?

— Расформируют, отправят на войну, отдадут на съедение дракону, — стал предлагать варианты Тарковский.

— Драконов не существует, — заметила Чара, открывающая пакетик с орешками.

— Да не важно, — пожал плечами Сеня. — Главное, что ничего хорошего проигравших ждать не будет. А значит вам надо постараться.

— Молодец какой! — восхитился я логике толстяка. — А ты что делать будешь?

— Я? Ой, бурда какая, — Тарковский плеснул содержимое кружки на угли и над костром взметнулся столб пламени. Сеня картинно встал, скрестив руки на груди и повторил, привлекая внимание всех людей вокруг: — Я? Я буду воспевать ваши подвиги, молится за ваши сражения, и даже подсыпать в питьë врагам слабительное.

— Многообещающе, — усмехнулся я.

— А то!

— Ладно, брось это позëрство. Скажи лучше, как себя чувствует Оля?

— Всë хорошо, — только речь зашла о его девушке, как Сеня моментально сел обратно и стал серьëзным. — Обошлось без переломов. Но пусть лучше полежит в лазарете до завтрашнего утра под присмотром дяди Сосо.

— Ты так ему доверяешь? — я с сомнением посмотрел на толстяка, так как медбрат слыл известным бабником. И пусть студенток он вроде бы не трогал, но это ни о чëм по-настоящему не говорило.

— Дяде Сосо? Да как себе!

— Демид, — Василия положила руку мне на плечо. — Можно с тобой поговорить на едине?

— Почему бы и да, — вскакиваю на ноги. — Заодно разомнусь, а то что-то засиделся я здесь. Куда пойдëм?

Вася указала рукой направление, и сама пошла вперëд. Я пошëл следом, стараясь не обращать внимание на недовольно поджавшую губы Чару. Ко всему выходила что беловолосая Чернава настоящая чаровница, вот только вряд ли моя чаровница.