Как директор школы купил новый костюм

Там уже полным ходом готовился праздник. Их обычно встречал почти весь коллектив, с радостным криком: «Успели!», «Русаки успели!».

Трудно представить и еще труднее описать, как ждали 31 мая в шестой школе. Наверное, не было нечего на свете, что могло бы разрушить эту давнюю, но очень хорошую традицию – всем коллективом отмечать окончанию очередного учебного года, который конечно не был простым, но все же принес радости открытий и победы познания юным жителям большой страны. Учителя шестой школы радовались окончанию очень большого и трудного дела, которое они делали честно и все вместе на благо детей и их родителей.

Лишь один человек в школе искренне не был рад всеобщей атмосфере праздника – директор Средней школы № 6 города Сдвиженска Николай Георгиевич Авгуров.

Николай Авгуров был, если можно так сказать незаурядным директором и человеком. В его личности каким-то неведомым образом сочеталось, казалось несочетаемое: доброта и сухая строгость, своеобразный ум и безнадежная упертость, способность добивается чего-либо от городских властей и в тоже время немыслимой страх перед начальством, желание развития (в начале своей работы в должности директора) и жуткий консерватизм.

Фронтовика, танкиста в двадцать пять лет ушедшего в фронт и получившего высшее образование на физическом факультете МГУ только после войны практически силой обязали взять на себя руководство только построений школой.

Школа была новая, с очень молодым в плане возраста и конечно опыта педагогическим коллективом. Не было не одной учительницы которая бы была старше и даже физрук, трудовик, военрук года на три-четыре были моложе Николая Георгиевича. Это обстоятельство сыграло с Агуровым впоследствии очень злую шутку – он очень скоро ошибочно поверил, в то, что он в силу своего возраста наставник не только четырёх ста учащихся он к тому же еще наставник всех учителей и его мнение, к слову сказать, не всегда правильное основополагающие в работе школы.

Очень скоро случилось страшное, с ним перестали спорить, доказывать ему что-либо и не, потому что его боялись или сильно уважали, просто знали – это бесполезно.