Кровь эльфов

Теперь случайными заработками перебивается – руки нет, так он ловкостью берет, эльфы-то проворные.

Работнику человеку пришлось бы платить деньгами, да еще кормить и предоставлять ночлег, а эльф-калека должен был пахать на рабских условиях, ведь выбор невелик – сдохнуть в канаве или согласиться хотя бы на это. И они наверняка считали себя благодетелями.

– И что случилось? Простыл? С легкими беда?

– Ох, если бы. Навоз за нашей Чернушкой вилами накидывал в тачку, а когда вывозил, оскользнулся и на эти вилы животом напоролся.

Неудачно вышло.

– И давно это случилось? – Рана должна была быть крайне неприятной, наверняка зараженной. Эльфы обладали хорошим иммунитетом, но с четырьмя дырками в брюшине даже отменное здоровье не поможет.

– Уж как неделю тому.

– А чего ж вы так долго тянули!?

– Да думали, чего ему эльфьему отродью будет. – Искренне удивилась и обиделась соседка. – Он сам тогда встал, от помощи отказался, даже какие-то травы заварил, и повязку наложил. А сегодня гляжу – работы по дому накопилось, а эльф все с сеновала не выходит.

Зашла, а он там бледный и холодный лежит, пот градом катится. Вот, пришла, спросить, может, есть чего подешевле, что поможет. А то у деда опять спину прихватило, а хозяйство ждать не будет.

– ….! – нецензурно, но емко охарактеризовала я ситуацию и бросилась в дом собирать необходимые мази, травы и перевязочные материалы. Насколько я могла судить, времени у эльфа было очень мало.

***

Но времени не оказалось вовсе. Как только я зашла на сеновал, стало понятно, что собиралась я напрасно, из всего подготовленного арсенала пригодится разве что порошок мандрагоры.

В воздухе смешивались запахи сена, каких-то ароматных эльфийских мазей и гнилого мяса.

Эльф лежал на соломенном тюфяке, накрытом потрепанным одеялом тонкой эльфийской работы, старым и грязным. Он был в сознании, но аура его пестрила темно-бурыми пятнами разложения. Он находился на краю агонии. Заражение крови было всеохватывающим и необратимым. Наверняка, целитель, приглашенный на смертный одр к сыну наместника, смог бы влить достаточно силы, чтобы остановить процесс.

Но я была бессильна, и скорее Огнебог исцелит больного своим прикосновением, чем Марта и ее муженек раскошелятся на столичного мага для бродяги-эльфа.

– Ellen wilwarrin, – сквозь полубред он обратил на меня взгляд светлых, почти бесцветных глаз. – Ты все-таки вернулась за мной.

В уголках его губ блуждала блаженная, радостная улыбка, будто он встретил старого друга.