#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба

Во-первых, с утра там наверняка целая толпа таких же желающих поступить, как и я, которые треплют нервы себе и другим, во-вторых, сами члены приемной комиссии вряд ли в добром расположении духа — не проснулись еще, ну а в-третьих — чем больше времени на часах, тем больше их усталость и желание поскорее со всем этим покончить.

Внимание рассеивается, порог требований снижается и вот это вот все. Я за свою жизнь сдавал множество экзаменов и везде всегда все шло по одному сценарию. С чего бы сейчас быть по-другому?

Когда я подошел к зданию, в котором в этом году располагалась приемная комиссия, перед ним никого не было — я снова оказался прав.

Все, кто хотел попытать счастья именно сегодня — уже его попытали и ушли прочь. К тому же, сегодня предпоследний день работы приемной комиссии в принципе, и все, кто хотел — давно уже прошли свой экзамен.

Сегодня могли бы прийти только те, кто по какой-то причине не смог явиться раньше.

Например, в гробу лежал.

Приемная комиссия расположилась в отдельно стоящем одноэтажном магазинчике, вывеску которого даже не стали снимать — только спешно завесили тканью, надпись на которой гласила, что здесь располагается «Приемная Комиссия Академии Магии».

Большие панорамные окна также были занавешены изнутри, так что разглядеть, что происходит внутри, было невозможно. И, так как никого перед зданием видно не было, я подошел к двери, распахнул и шагнул внутрь.

В нос сразу ударил сладковатый запах сандала и малины — похожий запах издавали тлеющие палочки, которые поджигали во время своих медитаций альвийские монахи.

Здесь, судя по всему, источником запаха тоже служил дым. Именно он затягивал внутреннее помещение магазина, что вкупе с полумраком сводило обзорность к минимуму.

— Доброго дня, — раздался откуда-то из дыма приятный мужской голос.

— Здравствуйте, — в тон ответил я.

— Ваше имя?

— Марк Грауберг, — чуть ли не по буквам, чтобы правильно выговорить все эти зубодробительные слоги, проговорил я.

— Что ж, продемонстрируйте, что умеет, Марк, — велел все тот же голос.

Попривыкшие к мраку и дыму глаза наконец вычленили из окружения говорившего — он сидел в позе лотоса между двумя колоннам, подпирающими потолок. На нем была маска, похожая на козлиный череп, только без рогов, а еще простой серый балахон, складками собранный на сложенных ногах.

Он находился здесь не один.

Среди других колонн, а всего я насчитал их восемь, сидело еще пятеро — в таких же халатах, но в разных масках.