Прокачаться до сотки 5

Вылез из палатки типа пописать, а там Леофаста к озеру окунуться идёт.

— То есть подсматривал?

— Естественно, — расплывается в довольной улыбке. — Всё ради дружбы. Чтоб даже мыслей не было, а как там под одеждой? Посмотрел, теперь спокоен.

— Аха-ха-ха-ха… — ржу.

— Кто здесь? — услышав хохот, обеспокоилась Фася, прикрывая сиськи руками.

— Да это Мажор, — тут же поясняет сестре Тася, — опять они с Вовкой глаза отводят.

— Фух, напугали. Идите лучше купаться.

— Мы попозже, — повышает голос Балагур. — У нас тут совещание.

— Хи-хи-хи, — смеюсь. — Обсуждаем женские прелести.

— Мажор, ты же всегда говоришь, что в женских прелестях главное их наличие, — смеётся Тася.

— Но размер тоже важен. Да, Вова? — задаёт провокационный вопрос Фася.

— Не поверите, но мы с Мажором решили, что у вас не просто большие, а ещё и эстетически-натурально-привлекательные.

— Таська, тебе не кажется что нас стебут?

— Кажется, но возмущаться как-то не понятно, на что? — разводит руками сестра.

— Так ведь они с Мажором, уж вдвоём-то по любому наговорят комплиментов, и стой думай, то ли в душу гадят, то ли восхищаются.

— Эти могут, — Фася театрально вскидывает руки, встряхивая буферами и, ухватив сестру под локоток, выносит самое верное в данной ситуации решение: — Пошли лучше, поплаваем, а то опять виноватыми останемся.

Глядя на отплывающие фигуры, задаю риторический вопрос:

— Слышь, Балагур, я вот чего понять не могу. Ладно, ты в ревность не впадаешь, когда они тут сиськами трясут. Но почему они-то меня не стесняются?

— Что значит, ладно я? А может, я ревную?

— Кто? Ты?

— Да я!

— Ну, давай стукни кулаком, и запрети девкам сиськами перед посторонними мужиками трясти!

— Так они перед посторонними и не трясут! — Балагур аж брызгает во все стороны возмущением.

— Вот и поговорили, — киваю.

— Ага.

— Заодно выяснили, чего не стесняются, — продолжаю кивать своим мыслям.

— Да?

— Ага.

— Это хорошо.

— Кто бы спорил.

Молчим.

— Пивка бы, — выдаёт весьма разумную мысль Балагур.

— Это да, — соглашаюсь.

Снова молчим, наблюдая за рассекающими водную гладь близняшками.

— Так у меня есть же, — вспоминаю, что подтарился перед уходом из города Барвил, что стоит на озере Барнил. У местных фантазия так и пышет ярким цветом.

— Так и чего же у тебя друг сидит и страдает? — задаёт философский вопрос Вовка.

Достаю из пространственного кармана два кувшина, литра на полтора каждый.

— А здесь хорошее пиво, — сделав пару глотков признаёт Вовка.

— Что есть, то есть.