Несущий бурю. Том V. Война в тенях

— Хочешь вмешаться?

— Нет, это дела людей, не Стражей. Альмин воинственны, сильны, но не удержали власть. И… ты пообещала людям, что не будешь их правителем. Потому что считаешь, что это было бы лицемерным.

Хатис когда-то сама смотрела на других Стражей, в том числе повелителей, правящих железной рукой. И всегда считала, что воля народа смертных должна быть независима от бессмертных существ.

— Но ты хочешь вмешаться? — немного улыбнулась она.

Я снова взглянул на разные иллюзорные картины. Кири пыталась отбиваться, Оливера ранили, гвардия редела.

— Нет… к лучшему или худшему, мы им не нужны.

— А ведь она зовёт, — Хатис посмотрела на Кирилай и появилась и звуковая иллюзия.

— Умоляю, кто-нибудь. Стражи, сестра, Альраи… — на последнем принцесса запнулась. Лицо приняло необычайно нечастное выражение, а затем каменное копьё пронзило Оливера. — Нет, любимый, нет!

Принцессу накрыло волной тени и ударами магии души. Подскочившие маги уложили её лицом в каменный пол и сковали наручниками ограничителей магии.

— Хватило же наглости, — прокомментировала Хатис. — Каково это: добиться успеха и понять, что он тебя обрёк? Довести любящего тебя до могилы.

— Признаюсь… мне жаль её. Жаль эту семью. Хотя… Хротгар не мог не знать. Ничего во дворце без его ведома, не происходило. Просто закрыл глаза, наверное. Что с ней будет? Странно, остальных убивают на месте, а её сковали.

— Я догадываюсь, — Хатис наклонила голову. — Роланд, видимо, в магию крови ударился. Мне всё равно, хотя у людей она запрещена по вполне понятным причинам. Теперь принцесса Кирилай станет источником энергии Жизни, что подарил ей Махавир. Всё равно, что пленённый монстр, которому регулярно срезают рога и ждут, когда отрастут новые.

— Что же, она получила свою кару, — я взглянул на Хатис. — Может, лучше заняться чем-то более интересным? Не хочу смотреть на крах и передел королевства.

— Ты смягчился. У меня есть идея, чем занять твои мысли. Сделай мне оружие.

— Оружие? — удивился я. К обществу Хатис немного привык, но она всё ещё меня удивляла, и я не всегда понимал, шутит ли она.

— Пусть у меня много своего оружия, сделай ещё одно.

— Для тебя я сделаю лучшее, на какое способен.