Повелитель теней. Том 1

— Сержант, а скажи, пожалуйста, где я нахожусь? Вроде бы должен быть героем, а на банкетный зал не похоже. Скорее на тюрьму. А, и сколько прошло времени?

— Да оно как бы это… Сутки прошли, — Коромыслов потёр затылок и тяжело вздохнул. — Я ж всё рассказал, но мне, кажется, не очень поверили. Кабанов-то другое доложил. Ну, из “СиДР” который. По его рассказу получается, что ты под ногами путался, понты кидал и на рожон лез. Ещё вроде бы его оскорбил и ударил. Из-за чего он не поспел за нами, когда мы побежали детей спасать.

— А-а-а-а-а, понял, — я хмыкнул. — Дальше, наверное, он нас догнал, но мы уже валялись избитые, а монстр подбирался к ребятишкам. Герой-сидровец прикончил страшную зверушку и вызвал подмогу.

— Я говорил им… — Коромыслов замолк на полуслове и махнул рукой. — Впрочем, неважно. Слово простого помощника участкового против слова бойца “СиДР”. Никто меня слушать не будет. Эти своих хорошо защищают.

— Да ладно тебе, всё ж хорошо. Живые, здоровые. Не торчи здесь со мной, иди, занимайся делами.

А как выйду отсюда, так, будет время, встретимся, отметим наш подвиг и перемелим косточки этому Кабанову.

— Ну ты это… Ну, бывай, в общем.

— И тебе удачи.

Когда он вышел, я задумался. Без сомнения, я нахожусь в больничной тюремной палате, но в таком случае — почему Коромыслова сюда впустили? Как-то не вяжется. Впрочем… Сквозь полуприкрытые веки я внимательно изучил комнату и нашёл пару подозрительных мест — ножка стула, выщербина в стене, угол оконного проёма, — в которых что-то чернело.

Что-то очень смахивающее на камеры или жучки.

Вероятно, Коромыслова без его ведома использовали в качестве подсадной утки — чтобы своей искренней простотой и располагающим поведением он меня разболтал. Интересно, нам устроят перекрёстный допрос? От сидровца-Кабанова ничего хорошего ждать не приходилось — слишком уж мерзкий тип. Что он наплёл своим коллегам? В чём меня обвиняют? Да уж, разведчик из меня далеко не идеальный, вечно тянет в гущу событий.

Минута, десять, час.

Вызывать в допросную меня не торопились. Видимо, решили помариновать. Стандартная практика, я сам такой пользовался — в гнетущей тишине и одиночестве люди очень скоро начинают нервничать и надумывать то, чего не было. Если человек в чём-то виноват, то с более высокой вероятностью он сознается. Даже не потребуется сценарий со злым и добрым полицейским, орешек расколется и без этого.

Но здесь они просчитались. Я погрузился в медитацию и мысленно отсчитывал секунды.