Повелитель теней. Том 1

Мысленным приказом я натравил Крабогнома на Левого, а Правому заехал в челюсть кулаком. Он ударился головой об угол тумбочки и потерял сознание. Я связал его шнуром от балдахина и бросился на помощь Крабогному. Впрочем… она ему не требовалась. Зловредная тень с огромнейшим удовольствием носилась вокруг Левого, как молния, и щипала его клешнями. Каждый щипок оставлял после себя поверхностную рану. Левый крутился волчком и яростно вопил.

— Кусь за нос! Кусь за нога! Кусь за живот! — приговаривал Крабогном.

— Хватит, — велел я, скрутил Левого, который выкрикивал проклятия “мерзкому полтергейсту”, и поинтересовался: — На кого ты работаешь?

— Ты никогда не узнаешь! — пообещал тот.

— Да почему же, уже знаю. На Перуна, — я оскалился. — Просто хотелось услышать это от тебя. Верный слуга, значит? Не хочешь толкнуть злодейскую речь напоследок? Раскрыть коварные планы? Мне интересно, чем насолил великому Богу из Старшего Пантеона ничем не примечательный Род? Ничего не слышал?

— Ты сдохнешь! — выпалил Левый и… сдох сам.

Из его рта полилась густая жёлтая пена, глаза закатились, лицо посинело. В комнате повис отвратительный кислый запах блевотины. Зуб с отравой? Рядом пошевелился и глухо застонал Правый. Увидев, что его брат-близнец откинул копыта, он поспешил следом на Изнанку вслед за ним — раздался тихий-тихий треск, и Правый тоже затрясся в диких судорогах, исходя пеной.

— Вкусно! — пробормотал Крабогном с причмокиванием. Он уселся на груди у Левого. Вокруг довольной тени рябило пространство, к ней из трупа тянулись полупрозрачные энергетические струи.

— Так ты у нас падальщик, — протянул я, и меня осенило. Происхождение этих странных тварей всегда было загадкой. На этот счёт в Российском Государстве было написано не одно научное исследование.

Самая популярная версия заключалась в том, что предками Крабогномов были монстры-Крабы, которые обитали в местах, где было много смертей. Ну и в конце концов очень удобно устроились на человеческих кладбищах. Питаясь энергией смерти, они постепенно как бы присваивали генетическую информацию людей и, как итог, теперь у каждой особи на панцире растёт свой собственный человек.

— Ты с Изнанки сюда рвался, чтобы пожрать? — уточнил я, схватив Крабогнома за шкирку.

— Нет, великан-хозяин, — судя по звуку, он сыто облизнулся. — Я там жрать. Сытно жрать. Вкусно. Здесь прям как мой кладбище. Могил много. Смертей много. Энергии много. На Изнанку пробивалось. Вкусно! А потом скучно.