Река Снов. Лес на краю света.

Поскольку сегодня ни белье, ни сапог готовы не будут, займемся более возвышенным. А именно пароходами, торгово-промышленной палатой, магическим сканированием, а под занавес - про судьбу квартального. Первые два пункта понятны и куда обращаться - известно. А вот к какому магу идти и как выяснять насчет смерти полицейского чиновника-это пока загадка. Значит, нужно доразведать.

Я свершил утренний туалет, вместо завтрака съел пирожок, взял документы, кольт и покинул гостиницу. Торгово-промышленная палата помещалась в двухэтажном красно-белом здании, выходящем на круглую площадь.

Но пришел я туда очень рано-на часах было восемь, а открывались они в девять. Можно было спуститься вниз, к пароходным конторам, а можно было повернуть налево к полицейскому управлению. До него был один квартал, до пароходной конторы четыре. Экономия сил победила. Я пошел налево.

Вошел в здание и обратился к дежурному с просьбой направить к тому чиновнику, кто занимался или занимается делом о гибели квартального надзирателя Чумаченко.

Дежурный позвонил к кому-то, побеседовал и сообщил, что я могу сейчас подняться к частному приставу Рудневу. Только пистолет придется оставить ему.

Мой кольт отправился в ячейку, взамен я получил номерок. А далее поднялся на второй этаж в двадцатый кабинет, табличка на двери которого гласила «Пристав Первой части Руднев Иван Фомич». Постучал и, дождавшись приглашения, вошел.

Иван Фомич что-то писал. Отложив ручку, он ответил на мое «Здравствуйте» и спросил, кто я такой и чего желаю.

Я назвался и сказал, что покойный квартальный несколько раз обращался ко мне за помощью в расследовании убийства в гостинице «Хлебной» купца ( к сожалению, запамятовал, как его звали) с помощниками, и был доволен результатами. Далее я был вынужден уехать, и отсутствовал довольно долго. Приехав, я хотел узнать у покойного Чумаченко, помогло ли мое участие ему, но узнал, что он погиб при загадочных обстоятельствах.Добавил, что понимаю, что полицейская работа не терпит огласки в некоторых делах, ибо приходилось помогать и полиции Нижнего, и Твери, но, если это возможно, хотел бы узнать, как погиб Чумаченко, и не виноват ли в этом происшествии магический амулет очень большой силы.

Иван Фомич молчал, хмурился и вертел в руках пресс-папье. Молчание затягивалось. Наверное, частный nристав боролся с желанием выгнать меня, но врожденная дипломатичность мешала сделать это.