Своя правда

Вместо этого, владетели располагались прямо в своих крупнейших подконтрольных деревнях или городках, а дружину держали больше для поддержания порядка, чем в военных целях.

Не исключением был и владетель Гариго, отстроивший свои хоромы прямо в центре Житницы, на небольшом холме, наверное, чтобы с комфортом обозревать свои владения и подданных. За отдельным высоким забором расположились двухэтажные деревянные хоромы с вычурной резьбой и различными украшениями, своя конюшня, несколько подсобных помещений и бараки для дружины.

И эта дружина сейчас обступила нас со всех сторон, чтобы мы никуда не делись и даже не помыслили чего-нибудь опасного для их господина. Мы же стояли по центру двора и ждали появления сиятельной особы, которая от чего-то не торопилась явить свой лучезарный лик простому купцу с охраной. Да и в целом, люди владетеля вели себя так, словно с нами уже всё было ясно, по-хозяйски осматривая нашу броню и ящики в обозе.

– А ну руку убрал от телеги, а то без неё останешься! – осадил одного такого Горунар, при этом положив свою на рукоять топора.

Их командир как будто только и ждал от нас хоть какого-то проявления агрессии.

– Оружие на землю! – гаркнул он и вперил в меня свой взгляд, ехидно скаля зубы. Теперь-то их перевес был кратным, и чувствовал он себя уже победителем.

– Ты верно неправильно понял наше согласие отправиться с тобой, уважаемый. На сколько я помню, пригласил нас владетель, а не ты. Но его я что-то не вижу. А раз нет его, то мы, пожалуй, пойдём.

В ответ дружина ощерилась копьями и топорами, явно угрожая нам.

– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, – всё также гадко улыбаясь, ответил он.

– Уверен? – спросил я, формируя в своей руке часть силового каркаса щита и тут же понемногу его распуская, отчего воздух пошел рябью и заискрился. Надо будет придумать что-нибудь более эффектное для устрашения деревенских увальней, но пока и так сойдёт.

– И что, я должен испугаться? – спросил командир дружины, но в голосе теперь отчетливо можно было услышать если не испуг, то тревогу.

– Это не попытка напугать, а лишь предостережение от необдуманных действий тебе и твоим людям, которые отчего-то решили, что могут себе позволить вести себя с нами, будто с крестьянами. Говорю еще раз, если владетелю нечего сказать нам, то мы уходим. И не советую нас останавливать. Иначе вам придётся не только иметь дело с нами, но и ответить за это перед благородным заказчиком, что ждёт товар от уважаемого купца Квилькома.