Лютый 2

Система однозначно квалифицировала его предрасположенность к 13 району. Даже… я повторю, даже если мы пойдём на уступки и поместим его на 9, то меньше чем через неделю он всё равно окажется на 13. Ты предлагаешь всю систему перестраивать из-за ваших игр и ради одного человека?

– Я поняла.

– Надеюсь на это. Всё.

*****

Как и любой плохой день, этот начинался хорошо.

Учебный кабинет. Впереди всех сидит Дриада за одиночным столиком и паясничает, а я даже слова ей сказать не могу. Одно дело, когда я сам с собой разговариваю и совсем другое, когда я разговариваю с «пустым» местом.

Ведь кроме меня её никто не видит… как я им завидую. Я ведь до недавнего времени тоже её не видел.

Я осуждающе смотрю на неё и едва покачиваю головой, а она поднимает руку, чтобы второй рукой указать на кольцо на пальце.

– «Я замужем», – хихикает она. – «За Мясником и лучше тебе его не злить».

Стоило только взглянуть на кольцо, как зрение перестроилось, и я без труда прочёл на нём гравировку: «Мясник». Дожил. Меня пугают самим собой.

– Ты мне мешаешь, – не выдерживаю и она проводит пальцами перед ртом, демонстрируя, что закрывает его на замок.

За Дриадой сидят два десятка курсантов. На последнем ряду две Y-хромосомы переглянулись и хихикнули. Заметили, что я это заметил и подавили улыбку. И зачем спрашивается? Подавлять в себе чувства нельзя, вредно для здоровья.

Курсанты сидели дисциплинированно и смотрели на меня, а я на них. На мне задача их обучить. Дриада сидела за своим столом и мало того, что глазки строила, так ещё и рукой подбадривать стала, типа давай уже начинай.

Раздражает. И чем сильнее, тем шире она улыбается. Установленная нейронка меня усилить должна была, а не её. Вот как ей после этого доверять?

– «Что поделать? Нам иногда приходится тебя обманывать, чтобы сохранить твоё доверие»

Я сторговался всего на одну лекцию и обучить это сильно сказано. Лишь донести до них информацию, как я пилотировал истребитель на таком уровне. К тому же я не привык работу делать спустя рукава, так что раз взялся, то сделаю всё возможное, чтобы объяснить им всё.

Но есть проблема – дисциплина. Всем она хороша, но не сейчас. Мне нужно, чтобы они возмущались, а ещё хаос и обострённое чувство противоречия, ибо нужно ломать старые устои. Передо мной очередные бездушные машины, строго выполняющие… мои указания, а раз так, тогда:

– Ложки все взяли с собой, как я просил? Хорошо. Начинайте есть.

И они начали. Хоть один бы возмутился, но нет. Едят.