Рассекая Шпиль. Книга первая.

– Я ушёл в наёмники, чтобы больше никогда не пересекаться с этими кладами. – хмыкнул Габдэш. – Чтобы не слышать это слово, «кладоискатель».

Лост осторожно пощупал рукоять меча, дабы удостовериться в его наличии. После битвы с Фавном, лесные жители помогли вернуть парню его оружие.

– Я путешествовал, помогал людям, вредил им, иногда бил негодяев. Я жил. Находил друзей и врагов. Шли годы, я рос и продолжал идти. И мне даже показалось, что я смог, я смог смириться с несправедливостью жизни. – он тряхнул головой.

– Нет, не так. Я думал, что смог простить себя за слабость, что не позволила мне его уберечь.

– В этом нет твоей ви…

– Замолчи! – криком прервал его воин, но его эмоции быстро иссякли. Он спокойнее продолжил. – Просто… дай мне договорить.

Человек сделал глубокий вдох.

– В один из своих путешествий, я увидел деревенских детей, что играли в салки, прямо как мы с братом в детстве. И от этого на меня накатили необъяснимые эмоции. На меня тягостно свалилась правда, заключавшаяся в том, что я не могу простить себя.

Никогда, чтобы не случилось. Тогда на меня снизошёл, как я сперва решил, ангел. Как оказалось, шишка покруче. – он засмеялся. – Загорелый мужчина в белых одеяниях, что представился Богом и предложил мне своё проклятие.

Кладоискатель удивленно поднял бровь, на что собеседник пояснил.

– Нет, он не создатель мира, а простой Бог Игр. – мужчина, умудрившийся в одном предложении употребить слово «простой» и «бог», качнул волосами. – Я принял его дар и стал таким же проклятым, как и человек убивший моего брата.

Беловолосый на это промолчал.

– Мне всегда было интересно, Лост, кто проклял тебя? От кого ты вообще получил эти силы?

– Я бы предпочёл не распространятся. – скрестил руки на груди парень.

– Можешь сделать и так. – кивнул человек. – Но у проклятых есть этикет, гласящий, что при представлении себя обязательно нужно упомянуть и того, кто тебя проклял. Обычно боги не жалуют братоубийства. Ну, насколько друг-другу могут быть братьями проклятые.

И Лост, в этот момент, мог просто соврать, сказав, что тоже проклят Богом Игр. Можно было избежать драки. Но он не стал, он не солгал. Сегодня был особенный день, когда хотелось говорить правду и только её.

– Если честно, не знаю. Я без понятия кто меня проклял. – со вздохом поведал он. – Ты же знаешь, что я не помню своё детство? Что я просто в один момент проснулся восьмилетним сиротой? Так вот, я сразу проснулся со своим проклятием.