Хозяин восьми морей: Перерождение Артефактора

Структурные вибрации защекотали мне кожу на пальцах.

— Но контур... кажется... выведен здорово, — произнёс я, на всякий случай добавив в голос сомнения. — Из-за больших размеров корабля, а стало быть, и больших площадей для нанесения.

Однако примерно таких же размеров корабли встречались и в моё время. И артефактная защита на них была менее плотной.

Отчего разница? Контур немного другой?

— Смотри, Тео тоже проникся, — тихо хохотнула Марси, обращаясь к Шону. — А иногда кажется, что его ничто не способно удивить.

Я шёл молча, напряжённо ведя рукой по стене.

Почему контур лёг таким образом? Пара завитушек слишком резкие. Стальная лиственница отторгает столь резкие контуры.

И цвет лака какой-то слишком уж... глубокий? Матовой? Рыжеватый? Вроде привычный, но какой-то другой.

— Тео, кто-то идёт, — Марси вцепилась ногтями в моё плечо.

— Ага, слышу, — я неохотно оторвался от своего исследования.

Затаившись в боковом коридоре, мы осторожно наблюдали, как мимо нас десяток матросов тащили ящики в трюм.

Когда они ушли, мы поднялись выше и оказались возле офицерских кают.

— Красота... — восхищённо выдохнула Марси, оглядываясь по сторонам, — дерево блестит от этого яркого света! Сколько здесь фонарей! Красиво! Когда мы станем офицерами, будем жить на корабле с такими же каютами.

— Если пойдём служить на новый линкор, а этого ещё добиться нужно, — заметил Шон.

— Да... служить на линкоре. Среди кучи других офицеров? — проговорила Марси задумчиво.

— Точно! — выпалил я. — Ярко светят!

— Тео? — обеспокоенно обернулась ко мне девушка. — С тобой всё хорошо.

— Всё просто отлично! Скажите, вам не кажется, что с этими фонарями что-то не так?

— А? — Марси непонимающе хлопнула ресничками, а Шон приблизил лицо к ближайшему фонарю.

Но тут же зажмурился и сделал шаг назад.

— Мощные, — резюмировал он. — И оттенок другой.

Я хотел уж было его похвалить, но услышал, как скрипнула дверь одной из кают.

Пришлось экстренно ретироваться.

Упс! Ещё люди.

И снова...

Мы петляли по палубе до тех пор, пока не оказались перед стальной дверью, от которой исходила приятная прохлада. Фонари, развешенные по периметру толстой дверной коробки, делали металлический блеск нестерпимым.

Но здесь было тихо и можно было перевести дух.

— Зачем подсвечивать дверь? — удивлённо спросила Марси. — Это ведь...