Хозяин восьми морей: Перерождение Артефактора

— Не хочу слышать подобного от восемнадцатилетнего юнца.

— Который мог бы соблазнить любую на этом приёме.

— Ну-ну...

— Кроме дель Ромбергов. В этом плане у меня на них аллергия.

Лаграндж недоумённо приподнял бровь. Он уже научился понимать, когда я говорю со всей серьёзностью, а когда нет.

Ничего ответить он не успел, Мэри Кэролайн и Марси подошли к нам. Обе были одеты похоже — в красные платья — и имели похожие причёски.

Элегантно повернувшись к ним, Лаграндж отвесил галантный поклон:

— Госпожа дель Ромберг, Марселла, в этот погожий день вы обе светите ярче Солнца.

— А для нас честь принимать у себя вас и вашего светлоголового сына, — кивнула Мэри Кэролайн.

Мы втроём обменивались любезностями и колкими фразами. Марси вздыхала и закатывала глаза, кажется, временами ей было слегка неудобно за свою любвеобильную мать, и вообще не особо интересен этот приём. За оба пункта она была удостоена отдельной нотации от Мэри Кэролайн.

Неожиданно гости, которые были ближе к въезду в поместье, пришли в движение — что-то явно их взбудоражило.

Мэри Кэролайн медленно повернула голову.

— Тот, кого мы ждём? — спросил я.

— Нет. Кое-кто попроще, — проговорила она. — Но тоже птица высокого полёта. Первый помощник наместника Алиссийской короны в Шестом море.

Важная птица из алиссийцев? А приём у дель Ромбергов ещё круче, чем я думал сначала.

Глава 14

— Охо-хо, господин Теодор, слухи о столь выдающемся курсанте Академии Торвиля долетели даже до Лорьена! Наши словоохотливые граждане называют вас новой звездой мореплавания! — восторженно проговорил Шарль де Монсьер, когда нас представили.

— Польщён, но, мне кажется, слухи слегка преувеличивают, — я изобразил смущение.

— Ну что вы, что вы, среди ваших однокурсников есть и наши сограждане. Они писали о вас. Вряд ли столь много людей стало бы преувеличивать.

Выглядел Шарль де Монсьер как каноничный приверженец старой алиссийской моды — закрученные тонкие усы, завитые длинные волосы, спускающиеся до плеч, высокая синяя шляпа с белым крестом, а на груди синий же плащ.

В синее была одета и кудрявая красотка с перетянутой талией — Луиза Бланше, спутница Шарля. Она в разговор почти не вступала, лишь добродушно улыбалась, хлопая пышными ресничками. То и дело она с любопытством поглядывала на меня.