Хозяин восьми морей: Перерождение Артефактора

— Ага! Бесит меня этот мерзкий алти! Какого демона ему вообще разрешили остаться на острове?! Он же притянет к нам беду!

— Грёбаный алти! Из-за него малый левиафан едва не потопил бриг капитана Левиса!

Ну что за суеверия, а?! До сих пор кто-то верит, что алти притягивают морских охотников?

— Чтоб он сдох, выродок!

— И пошёл на корм акулам.

Остановившись, я повернулся лицом к этой компашке. Курсанты замолчали, двое из них вздрогнули.

Скривившись, я показал им средний палец — универсальный для всей Ойкумены жест, который, к слову, пришёл в нашу культуру от алти.

Ухмыльнувшись, я пошёл дальше. А эти трое молча пялились мне вслед. Никто из них даже не попытался ответить — моя победа над чемпионом Титосийских колоний Пятого моря наглядно продемонстрировала недоброжелателям, что в лицо мне лучше не грубить.

Я продолжил развлекать себя, собирая слухи и сплетни. Однако что-то интересное услышал, только когда остановился возле открытой двери кабинета моей группы.

— Эх... Все недельные карманные деньги проиграл! — беззлобно сокрушался один из моих одногруппников.

— Не ты один, — сухо ответил ему другой.

— Куча народу прогорели вчера на ставках! — воскликнул третий. — Кто-нибудь вообще ставил на Лагранджа?

На несколько секунд в кабинете повисла тишина.

Эх, никто здесь не верит в меня. Алексей Савельев не в счёт — он в другой группе.

— Я, — раздался робкий голос, как раз в тот момент, когда я решил зайти в кабинет.

Все как раз смотрели на говорившего — паренька с узкими глазами и чёрными, как смоль, волосами.

Цвет не редкий, но на вид его шевелюра более жёсткая. Губы парня тонкие, щёки впалые и на них коричневые веснушки.

А ещё он носил огромные круглые очки.

Весь образ Шона де Липшека будто бы кричал: «Что ты забыл в морской Академии, парень?!»

Я знал некоторых де Липшеков ещё в своей прошлой жизни. Слышал, что у них есть традиция — старший сын обучается управленческому делу и готовится возглавить семью, второй сын в обязательном порядке становится морским офицером.

А вот третий уходит в свободное плавание, но не по морским волнам, а по волнам науки или искусства. Таким образом де Липшеки поддерживают силу семьи, её статус, а также держат руку на пульсе современных достижений.

— Ты? — удивлённо переспросил Малколм Лерой. Как я понял из его вчерашнего спесивого представления, Малколм сынок какого-то капитана из приближённых Вице-Премьера Шестого Моря. Обернувшись, Лерой поморщился, увидев меня.