Хозяин восьми морей: Перерождение Артефактора

— Уговор был, не заставляй меня напоминать. Но если тебе на это плевать, я готов дать тебе двенадцать тысяч.

Я уже едва сдерживался, чтобы не схватить его за грудки.

Но увы, сейчас как раз та ситуация, когда насилием делу не поможешь. Если я не собираюсь его грабить, конечно же. В остальных случаях стоит его хоть немного прижать, и мерзавец упрётся и из принципа не продаст мне барана.

Придётся играть по его правилам.

— Двенадцать тысяч — это здорово, — покивал мужик, наслаждаясь процессом. — Но ведь наш долг гостеприимных хозяев дать леди возможность получить незабываемые впечатления от нашего города.

И вновь он уставился на посетительницу, как голодный кот на сметану.

Женщина криво усмехнулась.

— Мне нравится твой подход, торговец. А ещё мне нравится сложившаяся ситуация. Двенадцать тысяч? Это всё, что ты можешь предложить, мерзкий солнцеголовый? Жалкие гроши? Катись вместе с ними куда подальше. Таким, как ты, не место в приличных заведениях! Торговец, я даю двадцать тысяч!

Сжав кулаки, я недобро уставился на женщину.

— Чего пялишься? — усмехнулась она. — В драку полезешь? Выставишь себя полоумным дикарём? Твои оранжевые зенки не пугают меня. Лишь вызывают желание выцарапать их.

Резко выдохнув, я улыбнулся.

— Такая красивая и ухоженная дама, а такаю грубая и невоспитанная, — сказал я. — Ай-ай-ай! Говорили мне, что богатые женщины опаснее мегалодонов, а я не верил.

— Ты за языком-то следи, солнцеголовый, — поморщилась она.

— А мне браслет ваш не нравится, — пожал я плечами. — Раз уж кичитесь деньгами, могли бы что-нибудь подороже жалкого серебра купить.

— Да как ты смеешь, грязный выродок! — прошипела она, подавшись вперёд.

О, как её проняло. Памятная вещица, что ли?

Ну да бес с ней.

Я повернулся к торговцу, который откровенно наслаждался представлением.

— Уважаемый, эта дама уплывёт, а нам с вами ещё в одном городе жить. Давайте решим вопрос полюбовно. Так уж и быть, я напишу вам долговую расписку на двадцать пять тысяч.

— В одном городе жить? — хмыкнул торговец. — Ты меня запугиваешь, что ли?

А ты испугаешься?

Эх, остался последний способ. Но не люблю я его — мерзко это, прикрываться другими людьми. Но ради милого барашка, ради того, чтобы он не попал к этой расфуфыренной сучке, придётся.

— Вы ведь знаете, кто мой отец? — с равнодушным видом спросил я.