Личный враг бога

Сергей швырнул им под ноги обрубленный коготь, и люди сперва шарахнулись в стороны, а потом набросились на обрубок и стали топтать его, колотить палками, пинать. Набежали мальчишки, выхватили коготь из пыли и потащили куда-то, визжа и швыряясь им друг в друга...

Староста привел их к своему дому. Внутрь приглашать не стал, а оставил ждать перед крыльцом. Впрочем, друзья не обиделись - Двуживущим незачем знать, как живут Одноживущие. Через минуту старик появился, держа обеими руками туго набитый тряпичный мешочек.

Судя по всему, ноша его была достаточно тяжела. Он спустился к товарищам и, угадывая в Сергее старшего, протянул ему звякнувший узелок.

- Двести монет, - сказал старик.

- Хорошо, - Сергей с достоинством взял плату за спасение. Повертел в руках, не зная куда пристроить. Староста, поняв его замешательство, сказал:

- Торбу, что я вам дал, оставьте себе.

Сергей кивнул и положил деньги в заплечную сумку. Он не стал пересчитывать - Одноживущие никогда не обманывали.

В сопровождении постепенно редеющей толпы - селяне возвращались к своим делам - товарищи направились к мосту.

К реке они подошли уже без свиты.

Поднявшись на мост, они оглянулись и долго смотрели, как копаются в земле крестьяне, как бегает в горячей пыли малышня, как небольшими группами собираются старики, беседуют о чем-то, размахивают руками...

- Приятно все-таки, - сказал Иван, улыбаясь.

- Через месяц они уже забудут, что мы их спасли, - Сергей, перегнувшись через ограждение, смотрел в прозрачную воду, где золотился песок, где гуляла мелкая рыбешка, где шевелились зеленые космы водорослей.

- Через месяц заведется какая-нибудь очередная пакость. Придет с диких земель. И вновь они начнут собирать деньги для новых героев. Уж такова их жизнь. Жизнь в Приграничье...

Друзья спустились со Сторожевого Моста и пошли к харчевне.

Теперь у них были деньги, и они собирались изрядно поистратиться.

3

Хозяин харчевни ни разу не обмолвился о долге. Он был необычайно тих и приветлив. Подобострастно улыбаясь своим гостям, он накрыл стол, стоящий возле самого камина, и, несколько раз поклонившись, тихо исчез за какой-то дверью.

Угощение было царским. Три вида хлеба, не считая румяных пирогов с грибами и луком. Мясо: тушеная баранина, копченая жирная свинина, зажаренный говяжий бок и огромный гусь, запеченный целиком. Свежий сыр, тонкие, чуть кисловатые пластинки которого так и таяли во рту. И, конечно же, пиво - свежее, прохладное, приятное языку и рассудку.