Личный враг бога

Хотелось подойти к срубленному чертополоху, убедиться в том, что он еще там. Что это жуткое растение никуда не уползло, не исчезло... Но идти туда было страшно. Глеб не удивился бы, если б обнаружил, что раздавленного куста там нет. Только пятна крови перепачкали землю. И на почве остались следы кривых когтей. Он не удивился бы этому. Более того, он был почти уверен в том, что так оно и есть. Что стоит ему приблизиться к тому месту, как тотчас в ноги вопьются колючки, и зеленые листья поползут, полезут по икрам, по бедрам, нацеливаясь на лицо, норовя впиться в глаза, забраться в рот.

- Когда же это все кончится? - пробормотал Глеб, хватаясь за голову.

Ему казалось, что с начала дежурства минула целая вечность, но на самом деле и часу еще не прошло.

Где там этот чертов чертополох? И название-то у него какое-то... Проклятое...

И вдруг там - там! - что-то прошелестело. Тихо. Почти неслышно. Глеб услышал, почувствовал этот звук лишь потому, что подсознательно ждал его. Верил, что что-то все же случится.

Он вздрогнул, стиснув копье. Вжался в землю. Лоб покрылся испариной. Зашевелились волосы на голове.

Из травы высунулась невысокая уродливая фигурка. Застыла столбиком. Знакомые очертания...

Глеб затаил дыхание. Конечно же это не чертополох. Не оживший сорняк. И как только он мог подумать об этом!? Из травы высовывался гоблин. Молодой, зеленокожий, остроухий гоблин с копьем в руках. Он смотрел в сторону лагеря, на костры, отражающиеся в темной воде степного озерца. На спящих животных.

Глеб хотел подняться из своего укрытия, окликнуть гоблина, но вовремя сообразил, что тот не принадлежит к знакомому лесному племени. Это был степной гоблин. Дикий. И, явно, где-то неподалеку находились его сородичи.

Друзья слишком громко сопели. Гоблин, увлекшись наблюдением, пока ничего не замечал, но через минуту-другую он надумает подняться повыше, и окажется прямо здесь. Тогда схватки не избежать...

“...обещай, что копье это никогда не пронзит гоблина.

Глеб больше не раздумывал. Он подполз поближе к зеленокожему разведчику, слегка приподнялся на руках и негромко проскрипел, стараясь как можно точнее копировать странные интонации гоблинского языка:

- Руот’тору уат’трат.

Молодой гоблин встревоженно осмотрелся. Не заметил, кто и откуда поздоровался с ним на древнем степном наречии, и гортанно что-то спросил. Глеб знал лишь несколько фраз гоблинского языка и потому ничего не понял.