Личный враг бога

Я кремировал труп - он вспыхнул, словно сухое полено - собрал прах и принес сюда. Тогда еще участки здесь были дешевые. Я купил этот на свои деньги. И знаешь, старик, мне было приятно покупать кусочек неподкупного Города.

Сторож улыбнулся, оценив шутку.

- Как его звали, вашего друга?

- Здесь написано.

- Я не умею читать. Да и эти буквы кажутся мне странными.

- Его звали Глеб. Впрочем, его и сейчас зовут так же.

- Убийца был магом?

- Да.

- И где он теперь?

- Я не знаю наверняка. Но я найду его.

Глеб замолчал, вновь уткулся в карту.

Он уже решил, куда направится сначала, и теперь надо было наметить маршрут. Кладбищенский сторож тихо сидел рядом, не решаясь отвлечь Двуживущего. Впрочем, он узнал все, что его интересовало, и сейчас старик размышлял над услышанным...

Через полчаса Глеб аккуратно сложил карту и поднялся. Старик очнулся от дремы, дернулся, открыл слепые спросонья глаза.

- Уходите, господин?

- Да.

- А может, зайдете ко мне?

Глеб посмотрел на небо. Он планировал покинуть Город сегодня, но солнце уже стояло высоко, а ведь надо было еще собрать в дорогу все необходимое.

Провозишься -смотришь, и вечер на дворе. На ночь глядя никуда не пойдешь...

- Быстро здесь идет время, - заметил Глеб.

- Незаметно, - подтвердил старик. - Ну так что?

- А перекусить у тебя есть что-нибудь?

- Конечно, господин.

- Ну, пошли. Хоть отосплюсь наконец-то.

8

Маленький каменный домик кладбищенского сторожа лепился к невысокой часовенке. Вокруг густо разрослись кусты сирени.

- Должно быть, здесь красиво весной, - сказал Глеб.

- Да, - ответил старик, обернувшись. - Очень. Все бело и пахнет так, что голова кружится...

Внутри было тихо и прохладно.

- Все самому приходиться делать, - поделился старик, накрывая на стол. - Но живу неплохо, деньги у меня есть. Люди приходят, смотрят, как я за могилками ухаживаю, благодарят, монетку-другую дают. Просят к кому-то повнимательней отнестись... Хорошо живу. Одно плохо - поговорить не с кем. Скучаю я. Иной раз начнешь сам с собой разговаривать, но много ли себе наговоришь?.

.

Они поели. Истосковавшийся по общению сторож все рассказывал какие-то случаи из своей жизни, все больше про похороны. Делился наблюдениями. Глеб с интересом слушал, иногда поглядывая в окно. Там, за стеклом, за ветками сирени, за железными прутьями кладбищенской ограды ходили люди. Они были по-обыкновению шумны и суетливы, но стоило кому-то войти в ворота, ступить на освященную землю, под сень деревьев, как он смолкал и уходил в себя...