Око Столицы

С трудом отползя от лезвия штык-ножа автомата, он собрался с мыслями и заговорил:

- То Око Столицы, которое похитили прошлой ночью, ненастоящее. Это подделка. Настоящее Око Столицы было украдено ещё в день первого похищения.

- Что? – в один голос спросили мы.

Слова Мастора действительно вогнали меня в ступор. То есть как это? Настоящее Око Столицы похитили те два вора-неудачника, за которыми я гонялся по всему Алмазному концу? Но ведь я лично схватил их! Я держал то Око в своих лапах. Как его могли похитить?

- Что ты хочешь этим сказать? – сурово спросил отец, положив лапу на рукоятку белого автомата.

- Тот камень был ненастоящий, - повторил Мастор. – Те два вора были наняты мной. Они похитили Око Столицы и во время погони сумели подменить его в мешке фальшивкой, а настоящий камень спрятали в соломе грузовика. Когда вы, ваше высочество, - он с усмешкой кивнул на меня, - поймали их, мой агент из приехавших ментов забрал его из грузовика и передал бойцам ударного отряда Чёрной Орды, который и забрал его.

То ночное нападение и тот блокбастер, что произошёл в Большой Галерее минувшей ночью, был нужен для того, чтобы пустить следствие по ложному следу. Чтобы вы искали машину, в которой укатил похититель Ока Столицы, а не отряд гиен. А тот серебряный пфенниг с дыркой, что его высочество, - он снова кивнул на меня, - нашли на месте преступления, служил опознавательным знаком. Чтобы мы различали своих и чужих.

- А зачем был нужен тот цирк с цветком шептуна? – спросил я.

– Зачем вам понадобилось подставлять Ламмара Слазора?

- Ламмар Слазор, этот мальчишка. Он начал нас подозревать. Однажды он подслушал наш разговор, в котором мы обсуждали дела Чёрной Орды. И заявил, что расскажет обо всём в Министерстве тайных дел. Это и было его ошибкой. С помощью цветка шептуна мы заставили его убить старого ювелира Гастора, который начал подозревать, что Око Столицы, подменённое нами, ненастоящее. Всё-таки, он тоже не простой ювелир, он умел работать с волшебными камнями.

Вот и убили двух антилоп разом.

Я смотрел на этого льва и не верил своим глазам. Ещё вчера он казался мне мужественным и благородным офицером, настоящим образцом для подражания. А теперь это бездушное и гадкое чудовище, которое уже поломало несколько судеб, прикрываясь полковничьим мундиром. Как всё быстро может измениться!

- Эх, Мастор, Мастор, - проговорил отец, поднеся к глазам позолоченный пистолет полковника.