Пепел дорог судьбы. Книга I

- Спокойной ночи, Хенну Онхейрд, - вновь сладко зевая и устраиваясь поудобнее, прошептала Анариэль.

- Спокойной. – Ответил Максим.

***

Дождавшись, когда девушка крепко заснёт, Максим, стараясь не шуметь, осторожно вышел в коридор и прикрыл за собой дверь номера.

За окном уже стояла глубокая ночь, зал корчмы полностью опустел, и лишь одинокий незнакомый бармен стоял за барной стойкой и меланхолично, не обращая ни на что внимания, натирал деревянную тарелку. Видимо хотел увидеть в ней своё отражение.

- Проследи, чтобы с ней ничего не случилось. – Без предисловий попросил его Максим, на что бармен молча кивнул и вновь вернулся к своему занятию. А Максим тем временем вышел на улицу и с наслаждением вдохнул чистый холодный ночной воздух.

По понятным причинам улицы ночного города не освещались и поэтому, сойдя с веранды корчмы, мужчина почти мгновенно растворился во мраке ночи.

Искомый им дом нашелся очень быстро.

Максим вошел внутрь и на пороге его тут же встретила Мадам, взяв аккуратно под руку.

- По твоим глазам я вижу, что ты здесь совершенно не случайно, я права? – Теплота женского дыхания обожгла Максиму ухо и по телу прошла волна приятной истомы.

Он сумел лишь кивнуть. Женщина улыбнулась и прижалась к нему всем телом. От всех вызывающих изгибов её тела Максима отделял лишь тонкий бархатный перламутровый халатик.

- Кого же ты желаешь, мой сладкий?

- Вон ту, - Максим приметил её сразу, как только вошел. Палец указал в сторону девушки с длинными рыжими волосами и татуировкой взлетающей птицы на полуобнаженной груди. – Она свободна?

- Для тебя, мой хороший, всегда, - женщина провела ладонью по его щеке. – На ночь?

- Да, - Максим кивнул и, не отрывая взгляда от рыжей фурии, которая уже направилась к нему, отдал мадам один терр.

- Здесь слишком много…

- Отдашь ей остальное.

- Как скажешь. Первый раз за долгое время, сладкий? – Максим вновь сумел лишь кивнуть.

- В таком случае я полагаю, она это заслужила. Анна, дорогая! – Мадам поторопила девушку и та, подойдя к Максиму, скинула с себя халат и, взяв его руку, приложила к своей груди, заставив сжать. Глаза, горящие желанием и похотью, ожгли Максима многообещающим взглядом, а сладкие пухлые губы впились в его. Максим медленно сходил с ума.