Эра Мангуста. Том 3

Старик ответил, что порешает, после чего спокойно повернулся к уже конкретно нервничающему врачу.

– Веди! – коротко бросил дед.

Мы спустились на два этажа вниз. Судя по длине лестницы, под землёй было минимум шесть уровней, прямо бункер какой-то. Нужная нам дверь с шипением распахнулась, и мы оказались в тамбуре, куда еле влезли вчетвером.

Дверь закрылась, на секунду вспыхнул фиолетовый свет, и распахнулась вторая.

– Обеззараживание, – извиняющимся тоном сказал врач. – Пока мы точно не выяснили, что с девушкой, приходится держать её в чистом боксе.

Прошу!

Комната метров пятьдесят, вся заставлена каким-то сложным оборудованием. В центре узкая койка, на которой лежала обнажённая, но укрытая тоненькой тканью, совсем молодая девчушка, примерно моя ровесница. Точнее, моего текущего тела. Не очень длинные, прямые и невыразительные волосы какого-то крысиного оттенка, невероятно бледное лицо. Аппаратура издавала самые разные звуки, то щёлкая, до гудя, то искря. Стоял невыводимый, памятный мне по прошлому миру запах больницы.

А на плече девушки спокойно сидит та самая бабочка, которых нам демонстрировала Лариса во время заключения опытной сделки. Хотя нет, эта крылатая явно эволюционировала. Тело вытянулось, стало тоньше, в форме появилась хищная грация. Крылья удлинились, и теперь мотылёк действительно выглядел, как стрекоза из моего мира.

Вокруг пострадавшей суетились пятеро людей, постоянно бегая к аппаратуре и обратно, что-то измеряя, подкручивая ручки техники и негромко переговариваясь. Из их коротких реплик я сделал вывод, что у девочки дела идут совсем неважно.

Мотылёк тянет из неё энергию. Учитывая, что она пустышка, а ни разу не маг, для пострадавшей это подобно смерти. Собственно, что и происходит на наших глазах. Симпатяжка с ужасной причёской умирала.

Аива, осмотрев случившееся, с умоляющим взглядом повернулась к Сергеевичу. Тот понял её посыл, поскольку резко и довольно громко рявкнул:

– Так, именем императора! Всем покинуть помещение!

И поднял руку, на которой засветилось оранжевым родовое кольцо, подтверждая полномочия.

Люди вокруг замерли, неверяще уставившись на непривычное зрелище, и одномоментно, словно очнувшись, чуть ли не бегом бросились прочь. Остался один единственный врач – тот, который привёл нас сюда.

– Но, господин, мы по протоколу не можем все покинуть больную и аппаратуру. Девушка требует постоянного присмотра!

– Считайте, что я принял у вас пост! – зарычал дед, да так, что мне самому захотелось сбежать за персоналом.