Эра Мангуста. Том 3

– Скажи, милая, – обратился Орлов к лаборантке, – а какое у тебя образование?

– У меня их два, – она скромно потупила глазки. – Исследовательская лабораторная деятельность и управление персоналом. Но я только приступила к работе, пока стажируюсь.

– Идеально! – ухмыльнулся мужчина, представив, сколько пердаков запылает через несколько минут после того, как он покинет это осиное гнездо. – С этой минуты ты являешься руководителем данной лаборатории. При любых проблемах обращаться напрямую ко мне, вот телефон моего секретариата.

– Но, ваше сиятельство! – девушка окончательно растерялась. – Я не могу, я практикант, я даже не в штате!

– Можешь! Это мой приказ. Идеи, пожелания, просьбы?

– Есть одна! – набралась храбрости лаборантка. – Никакие отчёты не передадут возможностей этих лапочек, но у нас хранится объект без хозяина.

«Храбра и умна. И не меркантильна, и не карьеристка. Редчайшие качества! Судя по всему, я не ошибся», – подумал мужчина, а вслух сказал:

– Хорошо, давай сюда свой эксперимент. Не зря говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Девушка, оказавшись в своей стихии, немного приободрилась. Секунду поколебавшись, она сорвалась с места и убежала. Вернулась быстро, минуты через две, ласково держа в руках небольшую коробочку.

– Ваше сиятельство, вот! Видите эту дырочку? Ой, простите, я от нервов, видите это отверстие? Туда нужно просто засунуть палец и капельку подождать.

Граф аккуратно взял шкатулку, нашёл отверстие и попробовал запихнуть туда палец. В итоге влез только левый мизинец, и то на половину фаланги. Спустя секунду Орлов почувствовал лёгкое головокружение, а крышка сама распахнулась. И мужчина увидел свою собственную обалдевшую физиономию, глядящую в его глаза.

***

Выходные прошли совершенно спокойно, можно сказать, по-семейному. Мы много разговаривали, тренировались, оттачивая навыки и реакцию в целом. Я, наконец, смог близко пообщаться с Амандой. Она до сих пор не верила в то, кем становилась. Сейчас это уже была молодая девчонка лет тридцати пяти. В принципе, была в восторге, но при этом боялась. Она сама не могла объяснить, чего именно, но подспудно её явно что-то угнетало.