Переллум. Герой Погибели.

боюсь, мало чего хорошего.

— Да, ты прав… Что же, а если и так, как ты думаешь? — я повернул голову в его сторону, отчего тот, мне показалось, немного оступился, а его нижняя губа на мгновение дрогнула. — Что если я собираюсь пойти и убить кого-нибудь. Например, того подозрительного мужчину, продающего рабов, или ничтожного разбойника, или ещё кого, кого будет даже кому-то жаль. Что ты сделаешь? Что ты, дворецкий, сделаешь?

Ростом мы были приблизительно равны, где-то под метр восемьдесят, но прямо сейчас я нависал над ним, будто бы как над какой-то мелочью, пока какое-то давно забытое Оливером чувство охватило его нутро.

Лишь короткий вздох раздался из его приоткрытых уст, когда он перестал дрожать и, опустив плечи, продолжил, исподлобья сведя свой взгляд с моим:

— Я не смогу вас остановить, мой господин. Но вы точно уверены, что сделаете это?

Возможно, мне бы хотелось солгать и сказать, что я колебался, но ответ вышел будто бы сам собой, машинально, не требуя размышлений:

— Всегда…

Одно это слово и Оливер остался стоять там, в смятении, взглядом прожигая мою спину.

«Цветы должны будут скоро распуститься…»

Глава 3. Юные приятели.

Несколькими часами ранее.

Многие, кому только предстоит познать вкус свободы и ужас рабства взрослой жизни, терзаются важною дилеммой: «Справятся ли они с нападками судьбы? Смогут ли выжить вдали от семьи? Не сломят ли их проблемы, которые каждый день возникают на каждом углу? Может ли быть так, что над ними изначально занесён беспощадный кулак жестокой реальности? Успеют ли они прожить долгую жизнь, полную впечатлений и приключений, прежде, чем эти испытания настигнут их и на их долю выпадет одиночество?» — вроде бы именно эти сомнения заставляют молодых людей умерить пыл нескончаемых мечт и амбиций.

На деле я не берусь судить, как чувствуют себя юноши и девушки, ибо могу оставить их чувства непонятыми. Однако надеюсь, что мне удалось передать суть своих размышлений, нагло занявших добрых пять минут моего праздничного, выходного времени.

К сожалению, подобного рода философия не могла приносить денег, иначе все мы уже давно были бы богаты, отдыхая себе где-нибудь на роскошной вилле, а может где ещё, на что только гораздо наше воображение.

А ведь, знаете, иногда так трудно просыпаться по утрам. И дело даже не в том, что мягкая и нежная кроватка так и манит вернуться в её объятия и поддаться чарующему зову страны грёз.