Безграничный мир. Раскол.

В руках Бог Возмездия держал человеческое сердце, которое пульсировало до сих пор.

- Рожденный человеком, он прошел путь, который сделал его Богом. – дед с тоской посмотрел на Бога Возмездия. – Его путь был кровавым, полным взлетов и падений. Темные восторгались его кровавыми бойнями, а Светлые восхваляли его за праведные деяния. Высшие Божества, которые стоят над нами всеми, даровали ему выбор. Смерть его главного врага и забвение или прощение врага и возвышение до Высшего Божества. – дед вздохнул.

- Он тоже нейтральный? – спросил я у деда.

- Да. 

Как только дед это сказал, я решил проверить кое-что. Мы с дедом стояли на границе нормальной земли и выжженной, которая была местом забвения Бога Возмездия. Сделав шаг вперед, я улыбнулся. 

- Стой! – дед попытался схватить меня и вытащить с выжженной земли, но ему не удалось. 

Рука деда остановилась прямо на границе двух земель. 

- Парень, не глупи. Он тебя сотрет! – воскликнул дед.

Тем временем, существо на пне пришло в движение. Его голова повернулась в мою сторону.

- Я его не уничтожу, Страж. Успокойся. – хриплым, на грани слышимости голосом сказал Бог Возмездия. 

- Мне бы тоже этого не хотелось. – улыбнулся я, подходя к Богу. – Меня зовут Джи.

- Зачем ты решил меня побеспокоить? – глаза Бога загорелись пламенем. 

- Я хотел проверить одну теорию. – ответил я. – Могу ли я разговаривать с нейтральным богом. 

- Безбожник.

- Тяжело спорить с правдой. – кивнул я. – Но, как насчет того, что бы выбраться отсюда. – взмахнув руками, я обвел землю, на которой сидел Бог. 

- Это мой личный выбор… Уйти в полное забвение. – уже нормальным голосом, в котором чувствовалось потрескивание пламени, ответил Бог Возмездия. – У меня нет желания возвыситься.

- Тогда, почему ты не уничтожишь это сердце. – я кивнул на окровавленное, бьющееся, сердце. – Дай угадаю… Ты не можешь это сделать, иначе это будет концом? И твое существование будет прервано? – полувопросительно сказал я. 

- Ты умен, но и глуп. – на лице Бога появилось огненное отверстие, которое превратилось в подобие рта, полыхающего светло сизым пламенем. 

- Значит, я прав. – кивал я в такт своим словам.