Небесная Искра 7. Божественная частица.

Он уже подрагивал, поскольку слышал множество историй про Кощея и его козни простому народу. Вот только не понимал, раз уж столь древние сказки действительно существуют, то почему все рассказанные истории не повторяются вновь?

— Ну, вариант всего один, идти к Кощею, да просить снять проклятье. Я хоть и на той же стадии, что и он, но живу поменьше. Этот стервятник куда могущественнее, чем я. Обложился в своем Златограде тридцатью пологами защиты и сидит как сыч. Так что тут уж не помогу.

— То есть ты с этим Кощеем в обидах?

— Скорее в ненависти. Свои у меня на то причины. Вам знать не обязательно.

Ивор кивнул головой, продолжая более вежливо.

— Тем не менее, у нас все же есть дело с Баюном, поэтому если укажешь дорогу, будем очень благодарны.

— Правила знаете? Про камень лунный? До него дорогу и укажу, а дальше сами. Дуб он же непостоянный, что и кот его. Сегодня тут, а завтра там. Но в таком случае вам бы переждать у меня пару суток, как раз к полнолунию и выйдем.

— Спасибо тебе огромное. И за доброту, и за гостеприимство.

— Эх, жаль конечно. Хорошие вы ребята, и дело хорошее делаете. Но места эти глухие. Сюда редко кто забредает.

— Жаль?

Тут Ивор краем глаза увидел, что Ивана нет на месте.

Парень ловко юркнул под стол и полз к Яге.

Едва юноша понял, что хочет сделать Царевич, он потянул руку, чтобы остановить его, хотя было уже поздно. Наконечник стрелы из закаленной огнем Великого Змея стали коснулся девушки, моментально преображая ее в старую, сморщенную, уродливую старуху.

Длинный кривой нос с огромной бородавкой появился вместо аккуратного маленького носика, опрятные черные одежды стали пестрым платьем, сшитым из кучи разных лоскутов. Одна нога у нее была обычной, старческой, другая же походила на высушенную временем трупную кость.

С омерзительным визгом она вскочила из-за стола закрывая одной рукой лицо.

Ивор также резко вскочил, но не спешил выпускать ледяную энергию.

— Постой, глупый у меня товарищ, недальновидный, не стоит его убивать за это.

Яга, все еще закрывая лицо грустно произнесла.