Четыре стихии: Восстание земли

Марина догадалась, что сведения, которые он добыл, явно стоили огромных усилий. – Родители и брат Даниэля ещё там, но уже при следующей казни их тоже казнят и… Она состоится седьмого мая.

Марина сглотнула. Конечно, праздник великой победы. День её рождения и день смерти её родителей. Девушка даже усмехнулась, что вызвало немного хмурые взгляды у парней.

– Если казнь будет седьмого, значит там надо напасть на крепость раньше, – сказала она, стараясь не думать об этом дне.

– Да, но принц Райан незадолго до этого будет устраивать бал, и мы должны на нём побывать, чтобы выудить сведения.

Даниэль молчал. Марина провела своей рукой по его плечу и вновь посмотрела на Марселя.

– Спасибо, Марсель, – Марина немного ему улыбнулась.

– Не за что, – он ответил ей грустной улыбкой. – А сейчас идите к себе, завтра нам нужно будет выходить в путь. И, Марина, зайди сегодня после ужина сюда.

– Хорошо, – ответила Марина и вышла из кабинета Марселя.

Даниэль вышел за ней. Он был намного тише обычного, а девушка даже не знала, как его поддержать. Сегодняшние новости стали по истине шокирующими, но с ними тоже придётся что-то делать. Им всем предстоит большое сражение, главное выбраться оттуда живыми и невредимыми.

***

Кей принёс им снаряжение незадолго до ужина. Марина готовила и чистила свои кинжалы и меч. Даниэль мельком взглянул на неё, отвлекаясь от чистки своего оружия, после чего сел на кровать и спросил:

– Ты уверена, что сможешь использовать магию.

– Моя рана уже зажила, – перебила его Марина. Она села на свою кровать и взглянула на руку. Четыре белых шрама поблескивали в свете свечи, но Марина лишь улыбнулась, глядя на них. Даниэль подумал, что она не жалеет о том, что спасла его, а наоборот гордится своими шрамами. – Я справлюсь с этим, тем более за то время пока мы тут провели, я очень многому научилась.

– Буду надеяться, что это правда.

На этом их диалог завершился, и Даниэль продолжил готовить свои доспехи к грядущей битве. Ему было десять, когда отец ни с того ни сего решил начать обучать его. Это продлилось два года и пять месяцев. Каждый день они то дрались на мечах, то стреляли из лука. А потом его отца вызвали в армию. По его словам, Сопротивление, образованное через семь лет после войны, наконец, решило вступить в бой.