Младший брат дракона

– Интересно, король знает, какую власть он дал Академии, разрешив использовать такую магию?

– Это называется заклинанием подчинения, – вспомнил Дилль свой разговор с Эрстаном.

– Не знаю, как это называется, только очень уж похоже на некромагию, – проворчал Герон. – У нас в Южной армии периодически проводились занятия, как отличить обычного человека от одержимого некромагией… вы сейчас очень походите на тех… одержимых.

– Ну, ты загнул, – хмыкнул Дилль. – Даже в Каршаре знают, что маги из Академии насмерть сражались с некромагами.

И ты хочешь сказать, что сейчас Академия вовсю практикует некромагию?

– В Каршаре знают, – подтвердил Гунвальд. – Мы, правда, никогда магию не одобряли, ибо лучшее средство уничтожить врага – это меч в руке. Вот как сейчас помню, напоролся я раз на засаду, а в ней кроме десятка разбойников оказался ещё и маг. Так я…

– Гунвальд, потом расскажешь о своих ратных подвигах, – махнул рукой на варвара монах. – Дилль, я не утверждаю, что это некромагия в чистом виде, но что-то на неё очень похожее.

Пойду-ка я поговорю с Эреком, пока время есть, может, он чего расскажет.

– А даже если это и некромагия? – зевнул Гунвальд. – Какая разница, каким заклинанием отправляют нас на бой с драконом? Пустое всё это.

Дилль хотел было возразить, что разница огромная, и что если доказать, что к ним применили некромагию, то можно попробовать отменить их поездку в Неонин, но промолчал. Даже если всё обстоит именно так, как предположил Герон, то конкретно для Дилля и Гунвальда встреча с чёрным драконом всё равно неизбежна.

К тому времени когда завертится бюрократическая машина Ситгара и пройдёт расследование, шестой отряд драконоборцев давно и благополучно погибнет под стенами Неонина. Но Дилль всё равно решил не оставить этот вопрос без внимания – чисто от избытка природной любознательности.

– Я потом с Эрстаном пообщаюсь, – сказал Дилль. – Сейчас перед отъездом у него вряд ли время найдётся, а вот на первой же ночёвке непременно спрошу про некромагию.

– Спроси, – разрешил Гунвальд и, пользуясь свободной минуткой, тут же захрапел.

Вскоре к пажеской казарме привели тридцать восемь лошадей – по одной на каждого драконоборца. Дилль, волоча на себе немаленький мешок с различными походными принадлежностями и недельным запасом еды, поморщился, глядя на предназначенного ему коня – тот был старым, облезлым, мосластым и с прогнутой спиной.