Книга 2. Пожиратель Кланов

Так что я, размахнувшись посильнее и вложив в удар приказ силы, врезал кулаком прямо по ней. И напитанный магией корень под моим кулаком просто лопнул, да, содрав мне кожу на костяшках, но тем не менее. Хотя, конечно, отчасти это было следствием того, что я сам успел нажраться “сердец” и стать значительно сильнее.

Раздвинуть соседние корни, правда, у меня уже не получилось. Во-первых, потому что они поддерживали друг друга. А во-вторых, потому что применять приказ силы не к моментальному усилию, а к длительному действию я пока что не научился.

Однако щепки, оставшиеся после разломанного корня, разлетелись подобно шрапнели, судя по болезненному вздоху бойца, впились ему в тело.

Вот только в следующую секунду меня за лодыжку схватил другой корень, видимо созданным другим одарённым. И мне стоило огромных усилий вывернуться до того, как деревянная змея оплетёт мою ногу целиком.

А между тем остальные одарённые, до сих пор просто “ощупывавшие” зверинец своей магией, уже тоже устремились ко мне.

Хотя я и получил силу, эквивалентную, а может даже немного превосходящую средний уровень третьей ступени, в бою один против семи победить всё-таки было совершенно нереально.

И это значило только одно: мне нужна была ещё бо́льшая сила.

Увернувшись от нескольких направленных на меня корней, я, прыгая между заполонившими зверинец деревянными палками как заправская макака, устремился в тот угол ангара, где стояли пять самых больших клеток.

Вторые эволюции уже не могли дать мне достаточно силы.

Что же, тогда я сожру третьи!

Глава 3

Преследуемый по пятам бойцами Ресфали, я меньше чем за десяток секунд преодолел сорок заполненных древесными корнями метров, отделявших меня от ближайшего стеклянного куба с огромным, размером больше слона, поглотителем.

Похожая на помесь гориллы со улиткой тварь просто стоявшая посреди своей клетки, имела ног и головы. Вместо этого от живота и ниже у этой, уже, видимо, третьей эволюции, располагалась толстая слизневая нога, прямо из шеи торчали несколько коротеньких усиков с совершенно человеческими, большими, как блюдца, очень медленно моргающими глазами, а пара зубастых пастей у неё располагалась на широченных ладонях.

Определённо, в свою коллекцию князь Ресфали включал только самые необычные экспонаты. Даже у меня от вида пяти тупо пялящихся в пространство здоровенных человеческих глазищ на тонких ножках к горлу подступил ком рвоты. Выглядело это удивительно отталкивающе и мерзко.