Мастер Зеркал Книга I

По крайней мере, один из упавших ни в какой помощи уже не нуждался, так как крупный каменный обломок разможил ему голову, забрызгав её содержимым тех, кто стоял с ним рядом.

И теперь его безжизненное тело отмокало во всё шире разливающейся вокруг него чёрно-багровой луже, являясь кровавым напоминанием о том, что команды сержанта надо исполнять без каких бы то ни было размышлений.

Независимо от того, понимаете ли вы, зачем она была подана, или нет. Сначала исполни, а потом думай. Только так, и никак не иначе.

А единственный из тех, кто оставался на площадке, но, по счастливой случайности, не пострадал от посмертного удара каменной птицы, стоял на подгибающихся ногах, и, уронив оружие из безвольно болтающихся рук, мелко дрожал. Он смотрел вокруг безумными глазами, тоненько подвывая от только что пережитого смертельного ужаса.

Этого щуплого парня тоже отправили вниз, вслед за носилками, на которых стонали раненые, так как, судя по его состоянию, в ближайшее время он не боец.

Горгулья же, летевшая непосредственно к нам, уже приземлилась на площадку со зловещим каменным скрежетом.

— Рогатину! — заорал Ллейшан со всей дури, и, надо отдать ему должное, первым схватился за наше неказистое орудие, последней жертвой которого бесславно пал гигантский варан, — Сайран! — это он уже обращался к десятнику группы, воевавшей рядом, — помогай! Упёрлись! Не даём ей двигаться!

Два десятка ополченцев упёрлись в грудь крылатой каменюки двумя мощными рогатинами и прижали её к зубцам стены.

И долго в таком положении мы её продержать тоже не сможем — нам просто не хватит сил на это. Но, как показали последующие события, этого и не требовалось.

[1] Мерлон — зубец крепостной стены

Глава 19.

С площадки ближайшей башни, возвышавшейся над гребнем городской стены, сорвался толстенный пучок ледяных молний, которые врезались в каменную шкуру чудовища. На первый взгляд, это не оказало никакого эффекта.

Но, после того, как монстра в третий раз окутала сетка разрядов, я обратил внимание на то, что движения нашего оппонента стали скованными и тягучими, кроме того, каждое из них сопровождалось скрипом и громким хрустом.