Отброс аристократического общества 4

За государственную измену полагается смертная казнь, но за незаконное колдовство, я имею в виду разведение троллей без должной лицензии, можно и дворянства лишиться. А там, сами понимаете, открыт весь простор для пыток. На простолюдинов дворянские вольности не распространяются.

- Дэ Стэна пытали не смотря на дворянство, - тихо возразила Вероника.

- Там были отягчающие обстоятельства, - пожал плечами я. – Впрочем, подобные усматриваются и в вашем случае. Если что, специалист у нас имеется, не правда ли, Бикрос?

- Я со всем участием, - пробасил мой палач.

– Ничего личного, юная леди.

Юная леди вздрогнула.

- Бикрос – опытный профессионал, - продолжил я. – Постарается без нужды ногти не рвать. Вы ведь знаете, любезная, что исцеляющие зелья не отращивают ногти заново? Впрочем, попробуем, для начала, договориться полюбовно. Итак, мне хотелось бы знать, кто подбил вас на этот безумный шаг?

Дочь мятежника молчала.

- Вы убили моего отца, - наконец выдала она.

- Ну, простите, любезная, - подал голос принц Альберт.

– Ваш отец знал, на что шёл. Устроить мятеж, когда на пороге враг – чистейшей воды предательство. Да и не будь врага даже, ставка в этой игре – жизнь. Победи он, мы бы отправились на плаху. Только не надо говорить мне, что вы этого не понимаете, вы ведь дочь герцога, а не кухарка.

- К тому же, - подытожил я, - вашего отца убил Иоганн Тарн, а вовсе не принц Альберт.

А что? Я и не соврал ни разу. Если убрать прокладку – принца Грегори, то именно Тарн повинен в смерти бунтовщика.

- И всё равно… - насупившись продолжила Вероника, но я оборвал её ударом ладони по столешнице.

- Я что, - рыкнул я, выпустив Ауру Доминирования, - спорить с вами, что ли, буду? Уговаривать? Вы забываетесь, любезная! Запустим процедуру допроса третьей степени, всего и делов, всё нам быстро выложите. Бикрос, инструменты готовы?

- Всё на месте, молодой господин, - пробубнил палач, извлекая из походного саквояжа несколько особо зверских скальпелей.

Вероника подскочила, побледнела, и тут её прорвало. Бунтовщица взвыла, заливаясь слезами.

Я хотел было пихнуть ногой Розалин, но та всё прекрасно поняла без моей подсказки. Жена подошла к ревущей девице, приобняла, и укоризненно произнесла:

- Кайл, смотри, что ты наделал. Довёл девушку до слёз.

- Это не девушка, а государственный преступник, - хмуро возразил я.

Девица завыла ещё сильнее, рыдая на плече Розалин.

- Нельзя же так, - вздохнула волшебница. – Милочка, успокойся. Кайл вовсе не злой, просто работа у него такая.