Молот империи (часть 5)

— Что происходит? Ты…

Я со всей дури ударил кулаком по столу, не чувствуя боли. Призвал цепь, обмотал кулак и ударил ещё раз, пробивая толстую доску насквозь. Внутри всё горело, и этот огонь разгорался только сильнее.

Ударил ещё несколько раз, разбивая стол в щепки и прожигая карту. Снимки разлетелись по сторонам. Я пнул ножку стола, разламывая её, и весь стол опрокинулся.

Потом швырнул стоящее рядом кресло в стену, и оно разбилось. Из коридора послышались тревожные крики.

Хоть прямо сейчас иди в бой. Убью всех, кто попадётся! Но главное — убью того, кто к этому причастен.

— Рома! Да что случилось? — Ян преградил мне путь.

Я сжал кулаки. На пол посыпались красные искры. Пушистый ковёр под ногами начал дымить. Нет, хорош, пока я тут всё не сжёг. Лучше разберусь с тем, кто всё это придумал, ведь он не скрывался. Наоборот, он злорадствовал.

— Император Игорь Громов знал об этом, — произнёс я. — Если бы он сразу сказал об этом, я убил бы его прямо там, в той избушке рядом с тюрьмой.

Огонь внутри меня разгорался сильнее.

Даже всё то, что я видел, становилось красным. В двери заглядывали обеспокоенные охранники. Кто-то пялился на тлеющий ковёр. Ян затушил его ногой.

— Да скажи уже, что случилось? — он заметил письмо, лежащее у камина, неловко развернул его левой рукой и приблизил к глазам, чтобы прочитать. — Это… это же. Если это правда… Вот же дерьмо, Рома. Мне жаль.

Глава 5

— Но зачем он так сделал? — спросил Ян.

Я пнул остатки стола. По полу покатился стаканчик с карандашами, рассыпая содержимое.

Злость медленно проходила. Не знаю, может так на меня подействовал спокойное состояние Яна, при виде которого я вспоминал его вспышки ярости. Сам-то оказался не лучше.

Старый хитрый ублюдок этот император. Но действительно, что ещё ждать от человека, который пытался превратить родную внучку в оружие? Я отошёл к стене и устало опустился на пол. Здесь прохладнее. Отбитые руки болели.

Ян собрал фотографии и документы, которые там были, и сел рядом.

— Объяснишь? — тихо спросил он.

— Как это вообще возможно?

— Это мой сын, — я показал на снимок угрюмого старика, который так походил на моего собственного отца. — Я его не видел. Когда был мятеж, он ещё не родился.

— Понятно.

— А это его дети, мои внуки. Вот это — отец Марии, а вот это его брат, её дядя. Мария рассказывала, что у неё был дядя, он погиб в молодости. Но мне всё было некогда о нём расспросить. Война же идёт.

— Я понимаю, — Ян кивнул. — Он похож на тебя.